Однажды Алекс пристально смотрел, как Вирджиния, сидя на корточках, пристраивала последние приспособления к руке робота. Ее искусство восхищало его. Она смогла заставить робота говорить почти человеческим голосом. Теперь Роджер мог даже писать аккуратным каллиграфическим почерком.
— Вы поражаете меня, — помогая ей подняться с пола, произнес он от чистого сердца. — Справились с заданием на месяц раньше обещанного срока, да еще с таким качеством!
— Просто у меня уже есть опыт, — ответила она, опуская закатанные рукава рубашки. — Прошлым летом в Токио я работала в компании по производству игрушек над похожей проблемой. И получилось, что я больше узнала сама, чем принесла пользы. Японцы явно лидируют в области применения роботов.
— Какое совпадение!
Вирджиния недоуменно взглянула на него:
— В чем?.. Вы тоже работали в Японии?
— Нет, не я, а ваша сестра, — бросил он, вновь занявшись своей электронной схемой.
Отвернувшись, она дрожащими руками стала перебирать инструменты.
— Тут нет ничего удивительного. Мы обе много путешествуем.
Алекс как-то странно засмеялся.
— В сущности, это, пожалуй, единственное, что вас роднит, — сказал он. — Я просто поражаюсь, насколько разными могут быть близкие люди.
— Не такие уж мы разные, — запротестовала Вирджиния, понимая, что, если продолжить разговор, окажется, что Алекс отдает предпочтение ее «сопернице».
— Нет, очень разные, — настаивал он. — Виола естественная. Она всегда говорит то, что чувствует, и делает то, что доставляет ей удовольствие. Она дарит радость другим.
— А со мной вам нет никакой радости? — спросила она, по-прежнему не поворачиваясь, чтобы Алекс не заметил, как она покраснела.
— С вами?.. Я к вам отношусь очень тепло, но отлично знаю, что вы больше всего боитесь, как бы я не дотронулся до вас, не поцеловал не дай Бог… Это скучно. — Тон у него был веселым и насмешливым.
Вирджиния затаила дыхание. А вдруг он давно обо всем догадался?! От одной только мысли об этом можно со стыда сгореть.
7
— Что это такое? — прикрывая за собой дверь, Диана уставилась на большой чемодан, стоявший в прихожей.
— Чемодан, — ответила Вирджиния, приходя в комнату и берясь за сумку.
— Это я и сама вижу, — с сарказмом парировала Диана. Она встряхнула подругу за плечи: — Что происходит, в конце концов? Я прихожу, чтобы сообщить, что праздничный обед переносится с часу на три часа, и застаю картину сборов в далекое путешествие!
Вирджиния с виноватым видом посмотрела на нее.
— Извини, я совсем забыла об этом обеде. Но все равно, я не иду. — Она отвернулась и стала пересчитывать деньги.
— Насколько я понимаю, это каким-то образом связано с Алексом? Что случилось? — требовательно спросила Диана. — Никто не выйдет отсюда живым, пока я не узнаю, что, зачем и почему!
— Хорошо, — проговорила Вирджиния, убирая кошелек в сумку. — Больше я не могу этого терпеть. — Она встала, упершись руками в бедра. — Ты сказала: «Играй в эту игру для собственного удовольствия», и я повеселилась вдоволь. А теперь намерена прекратить глупый маскарад.
Она начала нервно ходить по комнате. Жесткая замшевая юбка шуршала при каждом шаге.
— Мне надо было придерживаться первоначального решения — изображать Виолу глупенькой, поверхностной простушкой. Но ничего не вышло. Виола кажется ему верхом совершенства, он влюблен в нее.
— Так это же замечательно! — Глаза Дианы засияли восторгом. — Или ты не хочешь поддерживать постоянных отношений?
— Неужели ты не понимаешь? — возмутилась Вирджиния. — Алекс влюбился не в меня, а в Виолу.
— Но ты и есть Виола.
— Нет! — топнула ногой Вирджиния. — Я не она! Кроме глупостей и сплошных развлечений, у меня есть еще и увлекательная работа.
— И у нее есть увлекательная работа. — Диана старалась, чтобы голос звучал как можно спокойнее. Она чувствовала себя как психиатр, разговаривающий с пациентом. — Ты и она — одно целое. И после такой победы я просто не могу понять, что на тебя нашло.
— …Видимо, так всегда происходит при раздвоении личности, — сказала Вирджиния. — В настоящий момент я не могу разобраться, где же я настоящая. — Она засунула в сумку замшевый жакет от костюма. — Вот я и собираюсь уехать на пару дней, чтобы разобраться в себе. — Она предупреждающе подняла руку. — Знаю, это старый, избитый способ, но в такой ситуации как нельзя более подходящий. Я не уверена, кто из нас двоих вернется… Если вообще кто-либо вернется сюда. Я могу и просто уехать домой: задание компании уже выполнено.