- В каком смысле?
- Ты прекрасно знаешь, о чем именно я спрашиваю. Кому принадлежит этот дом?
Всё, что мне нужно было – я уже выяснил. Мне нужно было лишь убедиться в своей правоте. И убедиться в том, что моё слово для этой семьи что-то значит. Возможно, получив ответ, я решу перевернуть эту страницу своей жизни.
- Не твое дело, - он слишком поспешно снова опустил глаза в свой телефон.
Но я-то прекрасно понимал, что, как бы он это ни скрывал, на самом деле его внимание приковано ко мне.
С заднего сиденья послышался вздох Лайла.
- В конце концов он все равно узнает, Аркель. Будет справедливо, если ты скажешь ему.
Вожак нашей семьи развернулся на своем сиденье и одарил Лайла своим коронным взглядом.
- Я плачу тебе не за твое мнение. Я плачу тебе за то, что ты занимаешься нашими финансами.
Лайл очень редко демонстрировал свои эмоции, но в этот раз на его губах расцвела фирменная хищная улыбка Нурсов:
- Ты вообще мне не платишь, брат. Я сам назначаю и выплачиваю себе зарплату. Так же, как ни ты, ни наша семья не защищает Балаура. Именно он обеспечивает нам безопасность. Подумай об этом, брат.
Пожалуй, впервые Лайл открыто бросил вызов вожаку стаи. А это могло означать лишь одно: затеянная Аркелем авантюра куда опаснее и грязнее, чем даже я мог предполагать.
Аркель явно почувствовал себя не в своей тарелке. Почему? Из-за того, что вот уже и Лайл посмел выказать ему неповиновение? Или же у этого были другие причины? В глубине души я понимал, что моя первоначальная догадка была верна, и Аркель, женившись, или как у нас, у альф, говорят – присвоив Аннабель Ахне, рассчитывал получить не только красивую женщину, но и сокровища клана колдунов. Те самые, которые, по слухам, спрятал отец девушки.
- Я всё ещё вожак нашей стаи, - Аркель перевел гневный взгляд с Лайла на меня. - Вам обоим лучше не забывать об этом. А иначе, можете проваливать из стаи.
Я прекрасно понимал, что он блефует. Да и сам он это понимал. Если уйду из стаи я, он лишится той самой силы, которая удерживала его соперников от откровенных боевых действий. А уход Лайла и вовсе добьёт правление Аркеля. Наш средний братишка был гением во всём, что касалось финансов.
Я посмотрел в зеркало заднего вида на Лайла.
- Ты знаешь, чей это дом?
- Да.
- Ты знаешь, что мы здесь делаем? – я не смог сдержаться, и языки моего властного флера расползлись по салону автомобиля.
Аркель вздрогнул, но ничего не противопоставил невольному проявлению моей силы. Хотя я не сомневался, что он мне этого не простит.
Лайл же медленно кивнул мне в знак покорности.
- Да. Дочь Ахне станет женой Аркеля. Это случится в день её рождения.
- Почему именно в день рождения? - невозмутимо спросил я. Мне нужно было знать – не обманула ли меня Аннабель. Уж слишком молодо и невинно она выглядела. – Девушка совершеннолетняя?
- Да, - тут же ответил Лайл. – Но таково было желание её отца.
Аркель остолбенел от того, что Лайл так быстро подчинился моему требованию. Телефоном, который все еще держал в руке, он ткнул сначала в меня.
- Не думай, что я не вижу тебя насквозь. Ты – всего лишь спусковой крючок. И так останется и впредь, потому что тебе наплевать на эту семью и на все, что мы делаем, – а затем он нацелился рукой в среднего брата. - То же самое касается и тебя. Ты занимаешься бухгалтерскими книгами, потому что ты трус, и боишься принимать самостоятельные решения, - он с отвращением покачал головой. - Ни у кого из вас нет ни малейшей гребаной преданности. Эта семья остается в живых лишь потому что я принимаю трудные решения, на которые вы оба неспособны.
Я не удержался и расхохотался. На губах Лайла тоже мелькнула скупая ухмылка, но он быстро отвёл глаза и уставился в окно – отец ещё при жизни вдолбил в наши головы, что младший должен подчиняться старшему. Как бы абсурдно это в нашем случае ни звучало.
- Значит, этот вечер – это акт самопожертвования с твоей стороны? – буквально прошипел я. Аркель дёрнулся, швырнув в меня своим флером. Но он даже не дотронулся меня, расплющившись о мою, всё ещё витавшую в воздухе силу. - Эту чушь ты говоришь себе, когда вспоминаешь о своей первой жене? Когда ты замучил её до смерти, это тоже было ради семьи? Или может, просто в тебе взыграла дурная кровь?
В этот раз Аркель удивил меня, нацелив мне в голову не просто телефон, а пистолет.
- Еще раз заикнешься о Марии, и я тебя пристрелю.
- Давай, - поддразнил я.- Нажми на курок. Покажи всем медведям горы Айла, кто здесь гребаный вожак. - Он медлил. – Или боишься принять сложное решение?Докажи всем, что репутация жестокого ублюдка тебе дана не зря.
Он так и не нажал на курок, в чём ни я, ни Лайл не сомневались. Но нацеленное на меня оружие убедило в том, что пришло время нашей стае распасться. Аркель никогда не выстрелит ни в меня, ни в кого-либо из наших врагов. Этот больной ублюдок бережёт свою жестокость для своих женщин.