Только отец был чернее тучи.
Едва увидев это чудо, он велел всем слугам немедленно оборвать все цветы. А сам позвал меня в свой кабинет и вручил мне подарок – лично надел мне на запястье тот самый старинный серебряный браслет.
- Носи его, Аннабель, и никогда не снимай.
Я помню, с каким благоговением смотрела на первое в своей жизни драгоценное украшение. Особенно мне понравились витые узоры, по которым забегали крошечные искорки. Наверное, я бы ещё долго любовалась ими, если бы… В этот момент мой отец не закашлялся.
Да не просто закашлялся… Он буквально посинел, словно его кто-то душил. И, схватившись за горло, упал на колени, пытаясь сделать вдох. На мой истошный крик сбежались слуги. А нянюшка, обняв меня за плечи, вдруг заметила мой новый браслет. Помню, как потемнело её лицо – я никогда её такой раньше не видела. Охрипшим голосом она обратилась к своему хозяину и моему отцу:
- Ты ведь знаешь, что пожалеешь об этом, Ричард Ахне. Природа не прощает насилия над её детьми…
Для меня её слова были загадкой. А вот отец, кажется, понял, о чём речь. И просто отвёл глаза.
С того самого дня у папы и начались приступы кашля, душившего его и днём, и ночью. Наверное, именно поэтому я недолго грустила, когда поняла, что моя няня оставила меня на следующий же день после моего дня рождения даже не попрощавшись. Мне просто было не до этого. И далеко не сразу заметила, что исчезли и все слуги, служившие в наших поместьях до того памятного дня и ставшие свидетелями неожиданного чуда.
С тех пор прошло почти три года. Болезнь убивала моего отца. И это лишало меня покоя.
- Когда твои гости уедут?
В обычной ситуации я бы никогда не задала этот вопрос, но мы были одни среди бескрайних полей, садов и виноградников. Как бы я ни любила эту простую, почти деревенскую виллу, меня беспокоило, что мы приехали сюда с одним лишь водителем и поваром. Даже папин врач сегодня был не с нами и находился в часе езды. Все остальное тоже было плюс-минус в часе езды. Окруженная старыми фруктовыми деревьями, вилла была прекрасна, но увы, изолирована от всего мира.
- Уедут после того, как мы покончим с делами, - папа мягко взял меня за руку и слегка подтолкнул в направлении моей комнаты. - А теперь иди, Аннабель. Читай свои книжки или нарисуй мне картину, такую же красивую, как моя единственная дочь. Но будь умницей, и не выходи из своей комнаты, пока я тебя не позову.
Затем он сделал то, чего никогда раньше не делал. Он пригрозил мне.
- Не заставляй меня звать сюда Виктора.
Не успела я скрыть своё изумление, как папа уже сделал шаг к лестнице и таки позвал своего водителя:
- Виктор!
Слишком высокий, слишком мускулистый для простого шофёра, он сразу же оказался в нескольких шагах от нас. Его стальной взгляд тут же сфокусировался на мне, давая понять, что он слышал наш разговор.
Я и так побаивалась этого человека, а тут ещё этот внимательный, не человеческий взгляд. Я решила не задерживаться и буквально убежала в свою комнату. Закрыв дверь, я прислонилась к ней, прижав ухо к прохладному дереву. Но так ничего и не услышала - все, что я могла различить, - это слабый, приглушенный звук их голосов.
Я посмотрела на маленький стол у открытого окна, выходящего во внутренний двор. Повар оставил тарелку с сыром, свежим хлебом, оливками и фруктами. Я не сомневалась, что на ужин для гостей отца он приготовит более изысканные блюда, но даже не подумала сокрушаться об этом - я всегда предпочитала простую еду.
Теплое солнце, простая еда, книги, альбом для эскизов и здоровый папа – вот, что мне нужно для счастья.
Словно предчувствуя грядущую беду, последние лучи уходящего солнца на мгновение ослепили меня, а затем скрылись в сумерках, уступив место ночи. Во внутреннем дворе зажглись фонари, создавая вокруг искусственное сияние, от которого небо казалось еще темнее.
Вдали раздался хруст колёс по гравию.
Мгновение спустя к парадным ступеням подъехал черный внедорожник с тонированными стеклами и остановился прямо напротив моего окна. Я привычно потянулась к занавеске, собираясь задёрнуть её, но в груди странно кольнуло. Я замерла, словно завороженная глядя на то, как, тихо щёлкнув, приоткрылась передняя дверь автомобиля.
У меня неожиданно закололо кончики пальцев. Настолько неожиданно, что я отдёрнула уже протянутую к шторам руку и с удивлением посмотрела на них… Пальцы, как пальцы… Ничего необычного, и всё же…