Быстро скинув куртку и порванную одежду, Ника натянула на себя принесенную Марком блузку и застегнула ее на все пуговицы. Блузка подошла по размеру. Интересно, у кого он ее позаимствовал? В его доме обитает женщина? Кто она ему? Сестра? Любовница? Впрочем, Нику это нисколько не интересует.
- Я всё.
- Ну наконец-то!
Обернувшись, Марк оглядел девушку придирчивым взглядом.
- Значит, размер подошел? Это хорошо, значит и остальное впору будет.
Что он имел в виду, когда говорил про остальное? Нику охватило нехорошее предчувствие, но она решила пока что промолчать, чтобы не накалять обстановку. Сейчас важно сосредоточиться на том, чтобы выбраться из этого дома живой и, по возможности, невредимой.
Молча усевшись за столик, девушка напряженно следила за тем, как ее предполагаемый «жених» усаживается напротив.
В этот момент в комнате появилась женщина с подносом в руках и на столик опустились две тарелки – с рыбой для Ники, и с мясом для Марка. Ну разумеется, он же оборотень, чем ему еще питаться, как не мясом? Ника бы не удивилась, если бы вдруг узнала, что он предпочитает человечину.
- Я вижу, ты решила провести вечер в молчании? Что ж, в таком случае, говорить буду я. А ты ешь. Как тебе рыба?
- Вкусно, спасибо.
- Хорошо. Я вкратце изложу ситуацию, чтобы между нами не было недопонимания. Сразу хочу оговорить, что изменить ты ничего не можешь, в твоих интересах быть покладистой и угодливой, иначе тебя ждут серьезные проблемы.
Пылая гневом, Ника слушала этого напыщенного придурка, мечтая надеть идиоту блюдо с объедками на голову. Это же надо было так попасть! Если удастся избавиться от этого ненормального, она не то что в бар больше ни ногой, она вообще в монастырь уйдет! А что? Неплохая идея! Вряд ли оборотни шныряют по монастырям.
Но вместе с гневом в душу постепенно закрадывался страх – противостоять такому как Марк практически невозможно. У Вероники нет ни нужных связей, ни такого количества денег, за нее просто некому вступиться – на всей планете у нее никого нет, она одна-одинёшенька. Хорошо, что у неё ни детей, ни питомцев, иначе пришлось бы еще и о них беспокоиться.
А Марк тем временем продолжал:
- Вполне вероятно, что ты являешься моей парой. Мне бы этого не хотелось, как я уже говорил – ты не в моем вкусе. Но с природой не поспоришь, амбиморфам в этом плане не повезло – когда мы встречаем свою предназначенную пару, мы остаемся с ней на всю жизнь. Я бы предпочёл увидеть на твоем месте представительницу своей расы, сильную и красивую - но что есть, то есть. Если тебя что-то интересует, спрашивай, не стесняйся.
- Марк, а если бы я была замужем и у меня были бы дети?
Глаза собеседника снова полыхнули оранжевым.
- Ника, не задавай вопросов, ответы на которые тебе могут не понравиться. На этот вопрос я могу ответить лишь одно – амбиморфы не терпят конкуренции в подобных делах, это ясно?
- Но дети…
- Я не детоубийца, если ты об этом. Проблема решается различными способами, в конце концов есть различные интернаты, всегда можно подобрать что-то подходящее.
- А если я не захочу быть с тобой?
- Рано или поздно ты привыкнешь. Для тебя же лучше, если рано – наша раса отличается повышенными сексуальными потребностями, поэтому если ты каждый половой акт будешь воспринимать как насилие, твоя жизнь превратится в ад.
- То есть ты предлагаешь расслабиться и получать удовольствие?
- Что-то вроде того, - хмыкнул Марк.
Дальше Ника уже сдерживаться не смогла.
- Как насилие, говоришь? Да это и есть насилие, как ты не понимаешь?!!! Неужели тебе будет приятно каждый раз видеть отвращение на моем лице? Тебе следует показаться психиатру, уж не знаю, есть ли у вас свой собачий психиатр, но если есть – обратись к нему обязательно, пока совсем кукушка не уехала!
Собеседник сверлил Нику взглядом и играл желваками, его скулы побелели, а в зрачках теперь уже совсем явственно полыхало бешенство. Девушке стало страшно – надо было сдержаться и не называть его собакой! Назвала бы просто обычным психопатом, так нет же!
- Ника, я предупреждал, что тебе следует быть покладистой и сговорчивой. На первый раз прощаю твою глупость и несдержанность, в следующий раз тебя ждет наказание, и оно тебе не понравится.