34.2
Всю свою сознательную жизнь он чувствовал себя изгоем даже среди своего народа. Просто он был не такой, как все и многим это, конечно, не нравилось – в первую очередь родителям. Они так тряслись за свою репутацию миротворцев, особенно папаша, что хотелось на лбу каждой маленькой человеческой твари вырезать свои имя и фамилию кровавыми буквами.
Что за странная и противоестественная для двуликого идея – жить в мире с другими расами? С какой это стати, скажите на милость? Сильнейший по праву может брать что захочет, одну сломанную игрушку с легкостью заменить другой, вырезать целое селение себе на потеху, да все что угодно! Просто потому что желания совпадают с возможностями!
Но старые пердуны сочли его психопатом и даже планировали закрыть в психушке! Нет, это не он психопат, это они – сборище старых маразматиков с их убогими представлениями о чести и справедливости. Да это же попросту смешно – разводить церемонии с низшими! Кто же спорит – люди вполне годятся для постельных утех, для боев без правил, для роли обслуги во всех качествах, ракурсах и позах. Но для совместной жизни? О Небеса, какое извращение!
Они не поняли его, а он всего лишь хотел восстановить естественный ход событий – никогда люди не были равны амбиморфам! Слабые, жадные до пустых атрибутов власти, всерьез считающие себя венцами творения. Серьезно? Вот эти бабочки-однодневки, шея которых легко ломается одним движением его пальцев? Не по Сеньке шапка! Ни один из них не способен противостоять двуликому, они трусливы, легко предают своих же.
Вот, скажем, проезжающий мимо на дорогущей тачке боров в костюме с заплывшими жиром щеками. Ведь он считает себя чуть ли не пупом земли! А с какой, скажите, пожалуйста, стати? Любой амбиморф, даже подросток, может с легкостью перебить человеческую охрану и добраться до этого холодца на ножках. Правда, в последнее время стало модно нанимать охрану из тех амбиморфов, что отреклись от своих кланов, фамилий и родов. Но это ровным счетом ничего не значит!
Ох уж эти люди – они наивно полагают, что схватили Судьбу за исподнее и стали властелинами собственных жизней. Правда же заключается в том, что каждый охранник из амбиморфов до самого последнего предсмертного хрипа остается, в первую очередь, амбиморфом. Они будут защищать человека от человека, но пойдут ли они против своего? Вот в чем вопрос. В известных обстоятельствах – например, при клановых войнах, вполне возможно. Это будет зависеть от политического момента – расстановки сил, баланса интересов. Но вот в мирное время? Как знать, как знать…
Он лениво наблюдал за тяжело выбирающимся из автомобиля человеком – по всей вероятности, тот был чиновником в местной администрации. Отвратительное зрелище. Среди двуликих царил культ скорости, силы и здоровья. А это двуногое выглядело поистине отвратительно! В глазах Николая это существо одним своим видом оскорбляло обе расы.
Вообще-то ему должны дать медаль или даже ордер – он берет на себя тяжкое бремя по освобождению планеты от таких вот неудавшихся представителей местной фауны. Грязная работенка, но кто-то же должен ее выполнять. Ну а что? Во-первых, человечеству польза – от такого сомнительного генофонда надо вовремя избавляться. Во-вторых, развлечение, какое-никакое. Конечно, этот боров никак не тянет на девочку, с которой можно забавляться совсем иначе, но на безрыбье, как говориться…. В общем, на закуску потянет, глядишь, и уймется зуд ненадолго.
Давно у него никого не было. Ищейки брата практически сидят на хвосте, особенно не разгуляешься. Ну ничего, он еще возьмет свое! Скоро, очень скоро!
Младший брат, Марк, всегда был занозой в заднице и папашиным любимчиком. Как же – его считали чудовищем, а Маркуша папина и мамина надёжа!
Слабаки, какие же они все слабаки! Это позор, что такие сильные существа пресмыкаются перед низшими тварями, именуемыми людьми. Ошибка природы, дурной сон! Это совершенно противоестественно!
Надо же было такому оказаться, что Маркушина пара оказалась той живучей сучкой, которую он долго и со вкусом когда-то имел! Он помнил всех их до единой, но эта запомнилась особенно – быть может, потому что служила ему игрушкой дольше, чем все остальные. Даже жаль было ее убивать тогда. Но обстоятельства! Ах, прости, детка! Мы обязательно возобновим наше искрометное знакомство! Наверное, сейчас будет даже интереснее – ведь это пара его никчемного братишки! Пожалуй, надо проявить уважение к ближайшему родственнику и пригласить его на эту вечеринку. А может быть, даже получилось бы организовать тройничок? Даже если Марк откажется, всегда можно позвать кого-то еще.