- Так, - уже совсем другим тоном заговорил Марк, - ребенок пока никуда не поедет, останется здесь до тех пор, пока администрация клиники не решит, что он полностью здоров.
Тетки разом притихли, настороженно глядя на Марка.
Пара звонков – и «поборницы детских интересов» вынуждены были убраться восвояси. Это, конечно, временная мера – они вернутся, ведь если мальчик сирота, он действительно, не может жить в больнице до совершеннолетия. Но, по крайней мере, сейчас Марк выгадал время для того, чтобы разобраться в ситуации. У него и в мыслях не было бороться с российской системой опеки и попечительства – просто тетки ему ну очень уж не понравились.
Марк присел на корточки перед мальчишкой, тот смотрел на него без страха – с детским непосредственным любопытством.
- Ну, привет. Значит, ты Антошка?
- Да. А вы кто?
- Я – ее муж, - Марк указал на Нику. – Меня зовут Марк. Что-то похолодало, пойдемте-ка обратно в клинику, не то простудитесь.
Несмотря на бабье лето и солнечные теплые дни, ближе к вечеру на город налетал холодный северный ветер, напоминая о том, что зима уже не за горами.
- Марк, спасибо тебе! – воспользовавшись тем, что мальчик убежал вперед, тихо проговорила Ника. – Антошка действительно сирота, только он еще об этом не знает. У него родители в автокатастрофе погибли, а он чудом выжил.
Вышедший им навстречу Дмитрий Сергеевич потрепал малыша по голове и велел Софье проводить Антошку в палату.
- Быстро налетели, коршуны. Боюсь, долго не продержимся, мальчик практически здоров. Да и вряд ли родственники у него найдутся – если бы были, то уж за четыре месяца точно бы объявились.
Домой возвращались в молчании, как ни пытался Марк отвлечь Веронику от печальных мыслей, у него ничего не получалось. В конце концов, он решил не лезть и дать ей время прийти в себя.
38.2
***
Дом встретил уютным запахом сдобы, который лишний раз заставил Марка недовольно поморщиться при мысли о завтрашнем торжестве. Чтоб ее, эту деловую этику! Еще и Нику надо уговорить. Однако тут ему на помощь пришла сама Вероника.
- Марк, ты не представляешь, как вовремя ты сегодня появился! Если бы не ты, они, наверное, увезли бы Антошку. Даже не знаю, как тебя благодарить!
- Зато я знаю, - усмехнулся Марк.
Вероника тут же покраснела, и мужчина расхохотался, напугав котенка, который в это время коварно пытался взобраться по штанине как можно выше. Услыхав страшный непонятный звук, мелкий исследователь сиганул под диван и там затаился до лучших времён.
- Никуся, мне нравится ход твоих мыслей. Но я не об этом. Точнее, и об этом тоже. Но еще и о другом.
- Ты меня запутал, Марк, - закусив губу, ответила жена.
Он не смог сдержаться и, притянув Нику к себе, с наслаждением впился в нежные мягкие губы. На мгновение были забыты все события сегодняшнего дня и завтрашнего заодно. А не съездить ли им с Никой все же в отпуск куда-нибудь в экзотическую страну потом, когда все уляжется? Ну а что? Марк слышал, женщины любят подобные вояжи – солнце, песок, пальмы, бирюзовое море. А главное – ни одной знакомой души вокруг. Только он и Вероника! Можно вообще какой-нибудь остров выбрать, где народу кот наплакал. Решено!
С сожалением прервав поцелуй, Марк осторожно погладил Никины губы, с удовольствием отметив, как расширились ее зрачки, и сорвалось дыхание. Как можно описать то, что сейчас происходило между ними? Нет таких слов, которые могли бы описать то, что испытывают двое, будучи связанными в пару. Что чувствует один, то ощущает и другой - боль, нежность, радость, весь коктейль чувств. Это возникло не сразу, понадобилось время – чем больше Марк узнавал Веронику, тем крепче были эти нити. На концах незримых нитей были сердца и души двух живых существ – потянешь за такую ниточку, и обе души придут в резонанс и запоют в унисон. Или заплачут, тут уж как получится.
- Ох, Ника, Ника! Ты меня с ума сводишь. Есть у меня к тебе одна просьба - завтра состоится ужин с новыми партнерами, я буду тебе очень признателен, если ты составишь мне компанию. Пора выбираться в люди – так, кажется, у людей принято говорить?