- Не думай о нём. Он в надежном месте, откуда сбежать не получится. Он больше не сможет причинить никому вреда, я тебе обещаю.
Облегчение накрыло с головой. Неужели этот кошмар закончился?
- Уже можно начинать жить нормальной жизнью? – чуть криво улыбнувшись, спросила Ника.
- Потерпи еще немного. Мы хотим убедиться, что у него не было сообщников на этот раз. Закончим с ним и обсудим снова этот вопрос.
Стало ясно, что свободного передвижения без охраны Нике не видать как своих ушей. Ну что же, они еще вернутся к этому вопросу. Что Марк имел в виду, когда сказал «Закончим с ним»? Ника предпочла пока не уточнять.
Посмотрев на окно, Ника заметила, что на улице вновь непроглядная осенняя темень – теперь так будет до снега. Значит, и впрямь она не меньше суток проспала. Острое чувство голода вдруг заставило желудок сердито заурчать. Вероника смутилась, а Марк усмехнулся.
- Проголодалась? Немудрено, ты сутки ничего не ела. Подожди-ка, я бульону горячего принесу. Там специально для тебя приготовили. Куда ты?
Увидев, что Ника пытается встать с постели, Марк удивленно уставился на жену.
Ника покраснела.
- Мне надо кое-куда. Я не только не ела целые сутки, но еще и кое-чего другого не делала.
- Понял, не дурак! Помощь нужна?
- Еще чего! Как ты себе это представляешь? Сама справлюсь.
Упрямец-Марк все же помог Нике добраться до туалета, слава Небесам, хоть оттуда его удалось выдворить, правда, не сразу.
- А вдруг ты снова свалишься в обморок или уснешь?
- Спасибо, конечно, но у меня нет привычки засыпать на унитазе.
- Я понял - ты можешь уснуть только возле помойки.
- Там атмосфера располагающая – свежий воздух, птички поют.
- Резонно. Надо будет как-нибудь попробовать. Что ж, не буду мешать.
Марк вышел и прикрыл дверь, а Ника устало облокотилась на раковину – все еще давала о себе знать чёрт знает откуда взявшаяся усталость и апатия. Может, действительно, пройдет к вечеру? Сказывается нервное перенапряжение последних месяцев – в них уместилось событий столько, сколько не было за предыдущие десять лет Никиной жизни.
41.2
- Слушай, чего тебе не хватало, а?
Марк с недоумением разглядывал сидящего перед ним… амбиморфа? Человека? Нет, у Марка язык не повернется назвать этого урода существом разумным. Кулаки так и чесались продолжить начатое там, возле бизнес-центра. Но ему следует держать себя в руках – он, конечно, может и убить мерзавца, но цель у Марка была другая. Николай должен умереть, но смерть его должна стать публичной, в назидание другим. И даже символичной в своем роде – все должны увидеть, что подобные деяния непростительны ни людям, ни амбиморфам, какой бы социальный статус те не имели.
- Тебе, Маркуша, меня не понять. У меня цель есть. А вот тебе должно быть стыдно, что ты своих предаёшь. А бы таких как ты, живьём сжигал.
- Живьём гореть будешь ты. И цели твои мне неинтересны, честно говоря.
- А чего же пришёл тогда?
- Да на твою рожу посмотреть, да позлорадствовать. Еще вчера гроза всех человечков строил планы по завоеванию мира. А сегодня сидишь в клетке, как зверь. Смешно получается, не находишь?
Марк специально провоцировал Николая на эмоции – надеялся, что тот проговорится и станет ясно, действовал он один или где-то остались еще помощники. Впрочем, таковые быть должны – ведь проник он каким-то образом в здание бизнес-центра.
Что-то странное было во внешности Николая - что-то, чего в детстве Марк не замечал. На первый взгляд, высокий привлекательный (насколько Марк мог судить) амбиморф, женщины обычно от таких млеют, сами в койку прыгают, никого заставлять не нужно. Зачем понадобилось насиловать и убивать подростков, практически детей? Что, черт побери, с этим уродом не так? Вроде руки, ноги, голова, два глаза, два уха, рот – словом, весь набор, как у всех. Но вот в глазах мелькала какая-то липкая отталкивающая безуминка, словно сидел там кто-то внутри башки и выглядывал наружу время от времени, жадно ища чего-то.
Ноздри пленника заходили ходуном, пальцы изо всех сил вцепились в решетку. Марку все же удалось задеть Николая за живое.