- Нормально все, Никуш. Как ты тут без меня? Чем занималась?
- Не поверишь, весь день бездельничала. Просто устала от безделья. Никогда не думала, что можно устать, отдыхая.
- Вот и хорошо, отдыхай пока. А давай, как только все закончится, мы с тобой куда-нибудь рванём вдвоем? Я только сейчас понял, что в отпуске никогда не был. В основном, по делам мотался, не до отдыха было. Получается, много где был, а толком ничего не видел – все время встречи, переговоры.
- Давай. А куда? Только я в октябре не могу – отчетный период.
- Ну значит, в ноябре. Подумай пока, куда бы ты хотела.
Марк притянул к себе Веронику, и вместе с ней рухнул в кресло.
- Вот так лучше всего. Весь день об этом мечтал – чтобы только ты и я. Никогда раньше не думал, что можно так в ком-то нуждаться. Слушай, а может тебе вместе с твоим офисом ко мне перебраться?
- Как это – к тебе?
- Найдем для тебя помещение где-нибудь в нашем здании, будешь там работать. Так безопаснее, Никуш. Не хочу напоминать о неприятном, но вспомни, как легко я тогда проник в это ваше офисное здание и вывел тебя оттуда. Ни охраны, ни сигнализации толком нет. Опять же, на аренде сэкономишь, я с тебя денег не возьму. Исключительно натурой.
- Пошляк!
- Уж какой есть. Давай, соглашайся! Новые исследования показали, что секс на рабочем месте повышает производительность труда.
- Это кто ж такие исследования проводил? – рассмеялась Ника.
- Британские ученые, разумеется. Они любят всякое такое исследовать.
Марк легонько прикусил мочку уха, и Вероника почувствовала уже знакомую волну возбуждения. С этим мужчиной девушка превратилась в какую-то нимфоманку, раньше она и представить не могла, что способна на такое.
Несколько почти невесомых поцелуев за ушком и Ника непроизвольно выгнулась. Почувствовала, как Марк притягивает ее обратно, фыркая от смеха прямо в ухо - от этого смеха целая толпа мурашек бежит по позвоночнику и устремляется вниз живота. Спазмы снова заставляют выгнуться и застонать.
- Ш-ш-ш, тихо, тихо. Сейчас все будет хорошо.
Правая рука Марка ныряет под юбку и начинает творить совершенно невозможные вещи. Он так хорошо выучил Никино тело, что играет на нём, как на музыкальном инструменте, извлекая из него нужную реакцию – стоны, похоть, оргазмы. Нет никакой возможности сопротивляться, Вероника это давно поняла. И на этот раз дело не в возбуждающем зелье, причина кроется в том мужчине, эрекция которого весьма недвусмысленно и похабно упирается прямо в пятую точку. Его возбуждение передается Веронике практически мгновенно, в этом и дар и проклятие для предназначенных – одни эмоции на двоих. Стоит только Марку почувствовать хоть каплю возбуждения, тотчас же Вероника ощущает то же самое.
Эмоции сливаются в один одуряющий коктейль на двоих – уже не разобрать, где стоны, а где рычание. Наверное, их слышно на весь дом. Но это сейчас неважно. Сейчас можно все, что угодно – степень возбуждения так высока, что любая фантазия осуществима, нет преград, и смущение давно позабыто и позаброшено, как ненужная тряпка.
Веронике мало его пальцев, хочется большего. И это большее не заставляет себя ждать – Марк почти бросает Нику на постель, задирает ей юбку, одним движением стягивает трусики и разводит ноги в стороны.
- Не смей сдвигать, я хочу видеть!
Она и не смеет, куда там! Видит его наполненный чернотой взгляд и не смеет ослушаться. Лишь бы только он поскорее оказался внутри, чтобы ощущать его всеми нервными окончаниями, вдыхать родной запах, чувствовать уверенные движения сильных рук. В его руках она часто ощущает себя куклой – во время секса он вертит Нику, как ему заблагорассудится. Это кажется ей таким грязным и возбуждающим одновременно! Невозможно представить, чтобы другой мужчина делал то же самое, а вот Марку почему-то позволительно. Марку Ника может позволить практически всё. И эта мысль возбуждает еще больше – она в абсолютной его власти, но именно ее тело доставляет Марку удовольствие, и ничье больше!
Кажется, он нарочно медленно расстегивает ремень, неотрывно глядя туда, где все почти болезненно пульсирует и требует вторжения. Непроизвольно Вероника распахивает бёдра шире, надеясь, что хоть это заставит Марка поспешить.