Николай сломался, когда понял, что угрозы Марка относительно передачи его секте вполне серьезны. Он долго не верил, что брат посмеет это сделать – подобная смерть для амбиморфа крайне позорна. Лишь, увидев воочию перед собой трех представителей секты Атойя – весьма, кстати, внушительных габаритов, несмотря на их странные сексуальные предпочтения, Николай засомневался. Марк заметил это и продолжал давить. Все это было, конечно, сплошной театральщиной, но Николай-то этого не знал. Правда, сектанты были самыми, что ни на есть, настоящими – у них действительно был должок перед Марком.
Но окончательно сломили Николая переговоры о том, можно или нельзя выкладывать в Сеть видео, на котором был бы запечатлен весь ритуал от начала и до конца. Марк настаивал на том, что видео - необходимое условие передачи преступника секте, мотивируя это тем, что родственники жертв обязательно должны своими глазами убедиться, что преступник понес заслуженное наказание. Чертовы сектанты поначалу отказывались предоставить видеоматериал, аргументируя это тем, что ритуалы Атойя – это секретная информация, которая не может находиться в публичном доступе. Но затем почему-то согласились, правда, с некоторыми оговорками – кое-какие моменты не должны были попасть в Сеть ни при каких обстоятельствах. В основном, это касалось всего, что могло бы раскрыть местоположение и личности сектантов.
Марку удалось правильно определить болевую точку психопата – тот готов был умереть мученической смертью, но не той смертью, что готовила своим жертвам секта Атойя. Больной разум с комплексом мессии вполне мог перенести боль и пытки, но не мог согласиться на то, чтобы стать «подстилкой» для более сильных двуликих – это словно ставило под сомнение его «мачизм», его «величие» и его, прости Небо, «идею».
Сектанты, больные на всю голову ребята, однако придерживались определенных принципов – в своих ритуалах использовали исключительно преступников. И исключительно амбиморфов. Второе как раз-таки было понятно – вряд ли человек способен был выдержать подобную пытку на протяжении нескольких дней. Марка и самого пробирал озноб при мысли о том, через что приходилось пройти жертвам этой секты, прежде чем умереть.
Но Николая было не жаль. Совсем не жаль. Такое наказание было бы вполне справедливым для него.
Когда он сообщил, что согласен выдать местонахождение женщины и ребенка, Марк с облегчением выдохнул, но одновременно и расстроился немного.
Похищенных нашли в лесу неподалеку от города – в одной из заброшенных шахт. Николай не смог дать точные координаты, поэтому пришлось привлечь к поиску дополнительные ресурсы, в том числе и поисковых собак. Поиски заняли несколько часов - шахт в тех краях было много – там как раз находились заброшенные еще в прошлом веке золотые прииски.
Когда дрожащую напуганную до смерти женщину с ребенком на руках вытащили на поверхность, врачи диагностировали переохлаждение у обоих – все-таки приближался октябрь, и ночи становились все холоднее. К счастью, никаких повреждений обнаружено не было – психопат просто не успел, ему было не до того, ведь как раз в этот же день он отправился в Бизнес-Центр и там, наконец-то, был схвачен. Если бы его не поймали в тот день, то, скорее всего, ни женщина, ни ребенок не выжили бы.
Теперь, кажется, все страшное позади. Ну или почти всё. Сейчас Марк стоял возле своей машины в центре Города и сквозь большое панорамное окно наблюдал, как его женщина утешает совершенно чужого ей мальчишку. Впрочем, мальчишка ему нравился – смышленый не по годам, любознательный. Жаль, что так все сложилось в его жизни – Марк уже успел выяснить, что никаких родственников у Антошки нет. Возможно, Вероника зря приручает ребенка к себе – ему так будет еще больнее.
Хмыкнув про себя, Марк не спеша направился в сторону известного всей планете ресторана.
Дорогие читатели! История плавно движется к концу. Если книга вам понравилась, не забывайте ставить звездочки (это чертовски приятно!))). И подписывайтесь на автора, потому что впереди ждут и другие истории - и про амбиморфов и просто про людей)))
44.1
Странный был сегодня день. Ника никак не могла уснуть – сказывалось обилие впечатлений. Сначала тяжелый разговор с Антошкой, а затем внезапно материализовавшийся за столиком Марк. Откуда взялся только?