Марк в «Макдональдсе» смотрелся чужеродно и неуместно - он притягивал к себе взгляды посетителей. Мужские – уважительные и женские – восхищенные. Такому как Марк больше подошли бы роскошные залы дорогущих ресторанов.
Нике казалось странным, что судьба связала их двоих – таких непохожих, словно порождения разных Вселенных. Как такое могло произойти? Чем руководствуется природа, когда решает свести вместе существа, противоположные друг другу во всем?
Антошка восхитился, увидев Марка – для ребенка амбиморфы были кем-то вроде супергероев. А Вероника смутилась - она до сих пор не придумала, как сказать Марку о своем решении. Да и есть ли у нее теперь право решать самой? Она смотрела на мужа с опаской – да, в последнее время он часто идет на компромиссы. Но Вероника не дурочка и прекрасно понимает, что так происходит, только пока Марк хочет того. У нее есть лишь иллюзия свободы, в их паре она ведомая. С амбиморфами иначе и не может быть – их привычка все контролировать, и решать все вопросы единолично давно всем известна.
К удивлению Ники, Марк и Антошка неплохо поладили – все то время, что они провели в Макдональдсе, эти двое проговорили о двигателях самолетов. Она могла бы предположить у Марка тягу к технике и некоторые знания по данному вопросу. Но откуда такие познания у пятилетнего ребенка? Вероника вообще казалась третьей лишней за этим столиком – пару раз ее попросили сходить за добавочной порцией мороженого, вот и все. Впору было бы обидеться, только вот обижаться не получалось – так гармонично смотрелись вместе человеческий мальчик и здоровяк-двуликий.
Ника снова повернулась на бок, уткнувшись носом в грудь Марка. Если бы это был обычный мужчина, у Ники был бы выбор – отказаться от Антошки или уйти от мужа. С Марком этот номер не прокатит, амбиморфы не отпускают своих жён. Разве что на тот свет, прости Господи.
Почувствовала, как муж заворочался, притянув ее к себе еще ближе. А если он откажется? Все-таки это чужой ребенок. Далеко не каждая женщина согласилась бы принять чужого ребенка, что уж говорить о мужчине. Сердце защемило. Антошку она не может оставить в беде. Но разве может она оставить Марка? Ведь ему тоже будет больно, если Ника исчезнет. Да и сможет ли она исчезнуть? Марк ее из-под земли достанет.
- Никуш, ты чего не спишь? Скоро утро уже…
Ну вот, довертелась, разбудила мужа!
-Да так, не могу уснуть что-то.
- Что-то случилось? Плохо себя чувствуешь?
Искренняя тревога в голосе мужа заставила Веронику испытать угрызения совести. Как она может его оставить, если даже ей эта мысль причиняет нестерпимую боль? Что уж говорить об амбиморфе, на которого «парность» оказывает гораздо более серьезное влияние?
Какой тяжелый моральный выбор! Раньше у Ники не было никого и не приходилось испытывать ничего подобного. Оказывается, это очень больно – постоянно переживать за дорогих тебе людей, чувствовать их боль как свою.
- Ника, не молчи, я чувствую, что тебе больно. Что случилось?
Голос Марка звучал настойчиво и требовательно, Ника поняла, что отмолчаться не получится. Время идет, ситуацию надо как-то разруливать, иначе будет поздно. Не время прятать голову в песок, подобно страусу.
- Марк, а тебе удалось что-нибудь узнать про Антошкиных родственников?
Муж вздохнул, и Ника почувствовала, как поднялась и опала под ее головой мощная грудная клетка.
- Нет у него никаких родственников. Ни бабушек, ни дедушек, ни тёток. Дело в том, что его мать из детдома, а бабушка и дедушка со стороны отца умерли еще три года назад.
Ника выдохнула. Ну вот, родственников нет. Значит, теперь ответственность за Антошку полностью и целиком лежит на ней. И неважно, что юридически она ему никто, чужая тетка. Важно то, что Ника чувствует – Антошка её, они словно две родственные души встретились в этом мире.
- Марк, я не знаю, как ты к этому отнесешься, но я уже несколько дней откладываю этот разговор… Не знаю, как сказать…
Ника почувствовала, как мужчина напрягся.
- Говори, как есть, Никуш…
- Я хотела бы усыновить Антошку или опеку оформить, не знаю, как правильно.
Не дожидаясь ответа мужа, Ника зачастила: