Ника принялась осматривать место, в котором оказалась. Но все, что удалось разглядеть при тусклом свете – это грязные стены с темными подтеками, серый бетонный пол и кровать в углу.
Садиться на этот предмет мебели было страшно, но пол выглядел еще хуже. Почувствовав головокружение, Ника преодолела приступ брезгливости и опустилась на продавленный дырявый матрас. Сколько она здесь пробудет?
От матраса несло мочой и Нику в очередной раз чуть не стошнило.
Еще немного и ее накроет паника, а этого допустить никак нельзя. Подперев спиной стену, Ника принялась отсчитывать вдохи. Вдох-выдох, вдох-выдох.
Если удастся сбежать, она убьёт Марка. Ну и что с того, что он амбиморф? На ее стороне эффект неожиданности – он явно не ожидал бы ничего подобного от человеческой женщины, слабой и презираемой среди представителей его расы. Теперь и она будет его презирать. За то, что посмел говорить о ней в таком тоне со своим гостем, за то, что посмел приказать притащить ее в этот подвал и разрешил своим неандертальцам лапать её. Она заманит его в ловушку, а затем убьёт. И тем самым отомстит и за себя, и за многих других. За тех, что выжили и за тех, кому посчастливилось меньше.
Возможно, в этом и есть цель ее жизни? Быть может, именно для этого Ника родилась на свет? Не для радости и света, не для материнства и взаимной любви, а именно вот для этой цели – убивать тех, кто смеет обижать слабых? И неважно, амбиморф это или человек. Ведь кто-то же должен взять на себя эту миссию?
Размышляя о таких странных, если не сказать, страшных, вещах, Ника почувствовала, что ее снова неудержимо тянет в сон. Она боролась сколько могла, но переживания сегодняшнего дня и доза неизвестного Нике вещества сделали свое дело – через некоторое время она провалилась в сон.
23.1
Запах. Совсем свежий. Чувствительный нос амбиморфа не обманешь – Ника была здесь совсем недавно.
Марк открыл дверь Никиной квартиры своим ключом, в его душе еще теплилась надежда застать ее здесь. В том, что жена сбежала, мужчина убедился, лишь взглянув на записи с камер – в деловую поездку люди не отправляются тайком в кузове грузового фургона.
Ну зачем ей было убегать? В груди снова заворочалась, подняла свою голову ярость, но он усилием воли загнал ее обратно. Сложно было мыслить ясно и без эмоций – когда дело касалось предназначенной пары, двуликие зачастую слетали с катушек. Раньше он не понимал, как это – панически бояться кого-то потерять, это ощущение было для Марка внове. Только с появлением Вероники ему открылись новые стороны его же характера – оказывается, в нем дремал целый вулкан страстей. Все то, над чем раньше он снисходительно посмеивался, теперь стало частью его повседневной жизни – ревность, панический страх, обида и желание во что бы то ни стало удержать Нику рядом с собой. Любым способом, пусть даже насильственным. А еще была нежность и желание заключить жену в свои объятия, чтобы никогда не выпускать, чтобы ни одна сволочь больше не смогла ее никогда обидеть. Наверное, это и есть любовь – ощущение, что твоя душа при мысли о ком-то тает и растворяется, как соль в океане. И вот тебя уже нет, а есть только безграничная нежность и светлая грусть. Кажется, ему тоже скоро потребуется помощь психиатра, валерьянка тут не поможет.
Ее запахом пропиталась вся квартира, но самой Ники здесь не было. Бросив взгляд на открытый шкаф и позабытые тут и там вещи, Марк озадаченно присвистнул – похоже, жена собрала вещички и удалилась в неизвестном направлении, решив оставить муженька ни с чем.
Да вот шиш тебе, дорогая! От Марка Крассина просто так не отделаешься, не та порода! Его предки еще галлов по лесам гоняли, так что охота у него в крови, как и у любого иного амбиморфа.
Он пошел по следу, как охотничий пес за своей жертвой. Но в арке рядом с домом замер как вкопанный – здесь был запах чужака, причем не одного, а двух. И еще пронзительный запах какой-то химии, бензина. И именно здесь обрывался Вероникин след.
Разум метался между двух версий как заяц между двух волков. Она уехала с любовником? Нет, бред. Не было у нее никакого любовника! Да и откуда ему взяться – столько времени Ника была полностью под его контролем, ему было известно каждое ее действие, каждый контакт, каждый телефонный звонок. Особенно в последние недели.