- Как вы узнали, что это он?
- А он особо и не прятался. В своем больном сознании он представлял себя чем-то вроде вершителя справедливости – его мечтой было искоренить человеческий род под корень, он не раз заявлял об этом открыто. До меня дошли слухи о его похождениях - кто-то из его отмороженных друзей оказался излишне болтлив. Естественно, я решил все проверить, прежде чем идти к Виктору. Я наблюдал за ним, три недели я следовал за ним по пятам. Большую часть времени сам, но иногда меня сменяли надежные люди. Я ждал, когда он сорвется, когда выдаст себя. И однажды так и произошло – прямо на глазах у прохожих с улицы он забрал девочку, ударил ее и затолкал в машину.
- Тебе удалось его остановить?
- Да, я догнал его, заставил остановиться, и мы сцепились прямо на дороге, на выезде из Города. Я притащил его к твоему отцу, после чего тот дал добро и на экспертизу, и на принудительную изоляцию. Вот в этом конверте и фото, которые я делал в период наблюдения за Николаем, и результаты экспертизы.
Марк разглядывал фотографии – мелкий и крупный план, выражение лица старшего брата – уголки губ презрительно опущены, глаза полуприкрыты. Почему он никогда в юности не замечал за ним садистских наклонностей? Брат был для него своего рода кумиром, его авторитет был почти так же непререкаем, как авторитет родителей.
- Горыныч, а гибель родителей и мелкой? Как они связаны с этим делом?
- Люди как-то узнали, кто виновник гибели двух жертв. Девочка, та, что мне удалось спасти, поняла, что Николай не человек – он частично трансформировался, когда вел машину, а девчонка к тому времени уже пришла в себя. Конечно, она на каждом углу рассказывала, что ее похитил оборотень. Разумеется, большинство людей ей не верили, но один из несчастных родителей жертв, которым повезло меньше, сложил два и два. Он собрал единомышленников, и они напали на Виктора с семьей, когда те возвращались из Города в усадьбу.
- Ты говорил раньше, что это были какие-то левые подонки?
- Среди нападавших были и такие. Но причиной нападения было все-таки то, что твой брат сделал с девочками из тех двух семей. Если бы кто-то с моей дочерью, пусть даже у меня ее пока нет, поступил так, я не знаю, как бы я отреагировал. Вполне возможно, мне тоже захотелось бы отомстить всем членам семьи убийцы.
- Горыныч, моей сестре было всего пять лет.
- А я разве оправдываю? Просто озвучиваю мысли вслух. Самосуд всегда жесток, это всегда обезумевшая от жажды крови толпа, спешащая вершить справедливость так, как она ее понимает.
***
27.2
***
- Как быстро стало темнеть. Вот и осень. Снова.
- Да, время быстро летит. Марк, у тебя есть чего-нибудь выпить? Чем крепче, тем лучше.
Марк открыл один из ящиков письменного стола, раздался отчетливый звон, и на свет явилась чуть початая бутылка коньяка и пара рюмок синего стекла.
- Слушай, Горыныч, но как же гибель Николая? Я сам видел обгоревший труп. Ты же помнишь, его машину подожгли какие-то обдолбанные святоши. Получается, это была инсценировка? Но зачем?
- Точно не знаю. Но могу предположить, что за твоим братом водились грехи и помимо убитых девочек. Я же говорю, он связался с какими-то совершеннейшими отморозками. Возможно, он решил убить двух зайцев – избежать заключения в лечебницу для одичавших и заставить своих подельников считать себя мертвецом.
- А сейчас что изменилось? Зачем он вернулся, по-твоему?
- Подозреваю, что он хочет получить власть. Он бредил этим в юности, а теперь решил воплотить мечту в реальность. Решил, что может вернуться, времени-то прилично прошло. И у него формально есть право возглавить наш род, он старший. Ни твои родители, ни я никому никогда не говорили о том, что Николай безумен. Тогда, после поимки Николая с поличным, Виктор попросил меня не распространяться насчет этой истории – не хотел, чтобы тень от безумия твоего брата пала на всю семью. Так что в глазах наших сородичей Николай предстанет вполне дееспособным чудом воскресшим наследником Виктора.