- Господи, Буська, что ты натворила? Хозяйку до обморока довела!
Подоспевший с нашатырем Горыныч поводил ваткой у Никиного носа.
- Думаешь, поможет?
- Да откуда я знаю? Говорят, что при обмороках нужен нашатырь.
Наконец, Никино лицо слегка порозовело, она пошевелилась и открыла глаза.
- Ника, ты как? Как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? – Марк лихорадочно шептал, внимательно вглядываясь в лицо жены.
Она недоуменно посмотрела на склонившихся над ней мужчин и еле слышно спросила:
- Что случилось?
- Ника, мы не знаем. Либо тебя собака уронила, либо ты в обморок упала. Выбирай.
Секунду Ника молчала, вспоминая, что произошло. А потом вдруг снова побледнела. Она беспомощно смотрела на Марка, а у него все внутри переворачивалось от неясного дурного предчувствия.
- Фото… Буся принесла фотографию. Откуда она, Марк? Почему у тебя эта фотография?
Ника поискала глазами злополучное фото. Оно лежало на полу, на расстоянии вытянутой руки, никому теперь не нужное.
- Вот она, Марк… посмотри.
Кажется, он уже и сам все понял. Игорь напряженно смотрел Марку в глаза, не решаясь озвучить то, что оба уже осознали. Осознали, но не смели произнести вслух, ожидая пока это сделает Вероника.
Наконец, Марк решился.
- Ника, ты знаешь его? Того, кто изображен на этой фотографии?
Жена молчала, в ее глазах стоял ничем не прикрытый ужас, руки мелко подрагивали.
Марк осторожно обнял Нику, опасаясь напугать ее еще больше.
- Ничего не бойся, хорошая моя. Здесь ты в безопасности, никто не посмеет тебя обидеть. Все в прошлом, все плохое ушло и больше не повторится. Я с тобой. Откуда ты знаешь его, Ника?
- Это он, Марк… Это он… тогда… пятнадцать лет назад…
28.1
Откуда у Марка эти фотографии? Он что, знаком с тем чудовищем?
Мир снова резко стал мрачным и враждебным, казалось, в комнате резко похолодало. Сейчас бы спрятаться где-нибудь, где никто не найдет, укутаться в теплое одеяло, выключить свет и забыть о том, что в мире есть убийцы, грабители, насильники и подлецы.
Жаль только, не получится вот так просто взять и спрятаться от целого мира. Ника пыталась, но ничего не вышло – мир требовал к себе и периодически обрушал на ее голову одну беду за другой. Что происходит? Какая связь между Марком и тем амбиморфом?
- Горыныч, ты иди, а нам с Никой поговорить надо. Я тебе позвоню позже.
Закрыв глаза, Ника слышала, как протопал к выходу Игорь, хлопнула входная дверь, зацокали по паркету собачьи когти.
Почувствовав прикосновение теплых пальцев к скуле, она инстинктивно отшатнулась. Нервы были до того напряжены, что каждый звук, каждое прикосновение словно царапали Нику изнутри.
- Ник, не бойся, я никому не позволю больше тебя обидеть. Слышишь? Посмотри на меня…
Она все же нашла в себе силы поднять на Марка взгляд и спросить:
- Кто он?
Как странно Марк смотрит на нее – в его глазах можно распознать боль, нежность и еще что-то непонятное. Сожаление? Стыд? Но за что?
Непроизвольно Ника провела ладонью по уже слегка заросшему щетиной подбородку, словно успокаивая мужа. Отчего-то в этой ситуации ей было жаль Марка. Непонятно, за что и почему, но жалость просочилась наружу, как талая вода из-под снега. Вероника снова спросила:
- Кто он, Марк? Ты знаешь его?
- Да, знаю. Это мой брат.
- Что?!!
Она отдернула руку и на несколько секунд выпала из реальности – до того ошеломительным было известие.
- Но ведь ты, кажется, говорил, что вся твоя семья погибла?
- Я так думал. Но сегодня я узнал, что Николай жив.
Да, точно, подонка звали Николаем. Только сейчас Ника вспомнила имя своего убийцы – все эти годы она не помнила его имени. А сейчас вот вспомнила – именно так его называл подельник. Человеческая память удивительная штука – отчего бы ей не забыть вообще все события той поры? А вот поди ж ты – только имя вылетело из головы, а все остальное помнилось прекрасно.
А ведь и правда – похожи они с Марком. Особенно в профиль – нос с горбинкой и подбородок слегка квадратный. Возможно, поэтому в начале знакомства Нике страшно было рядом с Марком – не отдавая себе в этом отчета, она уловила фамильное сходство этих мужчин. Поэтому и на празднике тогда у нее в голове все перемешалось – настойчивость Марка и плохое освещение отбросили Никину память на пятнадцать лет назад. Теперь многое стало понятным, но от этого еще более горьким. Что теперь? А если Марк ей не поверит? Скажет, что Ника сумасшедшая и решила оговорить вновь обретенного брата? Она не выдержит, если ей придется встречаться с тем подонком на каких-нибудь семейных посиделках.