Такое, смахивающее на обожествление, низкопоклонство перед таинственным монстром в конце концов надоело Сергею, и он, вспомнив, что является «венцом творения», возмутился закравшемуся в сердце страху:
— Слушай, Юра, а почему мы должны бояться этого Зверя? Пусть, как и положено, он нас боится! Ведь наши предки, вооружённые только копьями с каменными или костяными наконечниками, вполне успешно отбивались и от пещерных медведей, и от саблезубых тигров! А у нас всё-таки автомат, карабин — а мы чуть ли не труса празднуем! Что ж, если понадобится — будем бить эту тварь между глаз! Оба ведь стрелки не из последних. А вообще-то — чтобы она на нас напала — не думаю. Уж если на то пошло, всерьёз нам надо опасаться не этого чуду-юду и не прочих местных зверей, а именно их — наших героических предков. В которых стрелять… сам понимаешь…
…Меньшиков понимал. И более: знал, что теперь, после своего второго «рождения», он не способен выстрелить в человека. Ни в какого — ни в бандита, ни в дикаря. Даже — спасаясь от верной смерти. И с мнением Сергея, что от излишнего любопытства аборигенов в облюбованной ими роще скрыться, пожалуй, всего надёжнее, согласился — чёрт с ним со Зверем! Каким бы свирепым и сильным он ни был, наверняка, во-первых, несравнимо безопаснее человека, а во вторых: в него можно стрелять. На убийство зверей внутреннего запрета у Юрия Меньшикова пока, по счастью, не существовало.
Что оказалось очень удобным: когда, проголодавшись, они с Сергеем надумали на обед разжиться дичью — тушёнку решив приберечь на крайний случай — Меньшиков с трёхсот метров наповал сразил косулю. Мясо которой, изжаренное на углях — даже без соли — им очень понравилось.
Днём потеплело ещё; термометра у них, к сожаленью, не было, но по тому, что пришлось скинуть куртки, Сергей с Юрием согласились — не меньше двадцати градусов. Однако в январе рассчитывать, что и ночь выдастся столь же тёплой, было бы несколько легкомысленно, а поскольку, имея в виду возможные нежелательные визиты местного населения, ночью огня разжигать не следовало, то в зарослях лавровишни они соорудили не шалаш, а маленькую землянку — и лучше сохраняет тепло, и, главное, её труднее заметить.
С десяти вечера и до трёх утра дежурить по жребию выпало Сергею.
Около двух часов ночи Зверя, совершенно дезориентированного мгновенным перемещением в абсолютно незнакомую среду, вдруг неудержимо потянуло на место своей «материализации» — и он вновь переплыл речку.
Омега-Центр Координатору Малой Ячейки.
Переданное Вами сообщение о том, что База считает возможной комбинацию будто бы возникшего у аборигена третьей планеты звезды G2 метасознания с остаточным коллективным разумом ноосферы F8 и искусственным интеллектом Сорок Седьмого не подтверждается имеющимися у меня средствами контроля. Также не вполне подтверждается факт возникновения истинного метасознания у аборигена, третьей планеты. Однако очень значительные изменения психоментальных структур у данного аборигена мною зарегистрированы: в связи с чем нельзя полностью игнорировать опасения Базы — особенно, учитывая потерю её контроля над Сорок Седьмым. Согласен с Вашим решением не направлять к Базе запрашиваемого ею инструктора, а также — с Вашей оценкой степени трансформации искусственного интеллекта Сорок Седьмого. В связи с чем, до получения новых инструкций, предлагаю Вам поддерживать связь с Базой только через пространство бесконечно неопределённых измерений — что при любом развитии событий не может иметь негативных последствий.
Координатор Малой Ячейки Омега-Центру.
Если я верно интерпретировал полученное от Базы последнее сообщение, то должен констатировать глубокую трансформацию не только Сорок Седьмого, но и самой Базы. Во-первых: это сообщение поступило по принципиально для неё недоступной пси-связи, а во-вторых — в нём утверждается, что База не представляет теперь самостоятельную интеллектуальную единицу, а является частью сложной психосимбиотической структуры «Ольга 47». Которая, существуя лишь в семимерном континууме, тем не менее обладает психо-ментальными возможностями высших (вплоть до девятнадцатого уровня) размерностей. И утверждает, что, включив в эту структуру меня, Координатора Малой Ячейки, и, соответственно, образовав полный логический девятичлен, может совершить собственную квазипульсацию и выйти на размерности двадцать пятого, двадцать седьмого уровней — то есть, достичь сложности «Эта» и «Кси» цивилизаций в целом. А то, что подобная мегатрансформация неизбежно приведёт к нарушению Большого Равновесия, База или игнорирует, или сознательно идёт на такой шаг, считая, что сложившееся в течение четырёх квазипульсаций Большое Равновесие не является совершенным и требует существенной корректировки. Со своей стороны, с тем, что сложившееся Большое Равновесие не является совершенным, согласен.