Сергей с Юрием вопрошающе переглянулись: Юра, это ты сказал «Шарик»? Нет, Серёжа, я думал — ты.
А Зверь, между тем, вновь протелепатировал: — Можно, я подойду поближе?
— Можно, — одновременно мысленно ответили Сергей с Юрием и разом, когда получивший разрешение Зверь, продолжая вилять хвостом, засеменил в их направлении, испугались этого приглашения. Но ещё страшнее Голышеву с Меньшиковым сделалось тогда, когда, приблизившись на расстояние метров двадцати, ослепительно белый монстр, как ни в чём ни бывало, улёгся на сухую траву и, по-собачьи положив на передние лапы жуткую «крокодилью» голову, посмотрел на них умными «человеческими» глазами — загипнотизировал! Этот Зверь, несомненно, загипнотизировал их как удав кроликов, лишил всякой воли к сопротивлению и вот-вот с аппетитом слопает!
Однако от чудовища исходили такие мощные волны дружелюбия, участия и понимания, что страх скоро прошёл, и более: через две, три минуты Сергей с Юрием осмелели до того, что им захотелось погладить Зверя. И, опять не сговариваясь, разом, они перекинули оружие за спину и, подойдя к монстру, положили ладони на его «крокодилью» голову.
Вокруг сразу же разлилось золотисто-розовое сияние — два человека и один Andrewsarchus покинули третий инвариантный мир и переместились в Большое Облако.
Глава 3. Вой нерожденного разума. Преображение Зверя. Виртуальная сингулярность второго рода. Облако — рай. Внутри огромного Мозга. Остров в воздушном океане. Знание — Сила
Конечно, ничего из иррационального мышления предразумного существа Омега-Центр извлечь не смог — всё его мышление с точки зрения высокоорганизованного представителя «Эта» цивилизации было иррациональным, а областей «бессознательного» и «квазилогического» попросту не существовало: зачем? Ни прятать, ни оправдывать какие бы то ни было — самые кровожадные и кровосмесительные — свои желания Зверю не требовалось. Нет, обладая хорошо приспособленным для выживания и воспроизводства потомства прединтеллектом и неплохим образно-аналоговым центром переработки сенсорной информации, к отвлечённому, выходящему за пределы его непосредственных ближайших интересов, мышлению Зверь не был способен. Разве что… смутная беспричинная тоска по чему-то иному! Совершенно недоступному пониманию и никак его будто бы не затрагивающему… но… увидев глазами Зверя освещённую звездой G2 половину восходящего спутника третьей планеты, Омега-Центр понял, что при виде этого далёкого спутника испущенные Зверем скуляще-воющие протяжные звуки — не отражение его телесных потребностей… нет, это воет ещё не рождённый разум! Стремящийся быть услышанным… и, разумеется, понятым… и если бы он мог психически напрямую связаться с другим не рожденным разумом… а тот — с третьим… и далее — в пределах всего вида в целом… то образовался бы редкий — из индивидуально глубоко дифференцированных особей — тип коллективного мышления. Но он не мог. Эволюция биосферы третьей планеты шла по другому пути.
Поняв, что на уровне предсознания ни «бессознательного», ни «квазилогического» ещё не существует, в то время как сам предразум уже страдает от смутного ощущения своего будущего несовершенства, Омега-Центр пожалел Зверя и через континуум бесконечно неопределённых измерений соединил его зачаточное психополе с мощным коллективным разумом обитающих на второй планете звезды К6 биологически сходных крупных насекомоядных существ. Сделавшись частью мономенталитета К6, Зверь, естественно, не мог не преобразиться: из-за небольшого изменения в протекании биохимических реакций побелев внешне, и став квазиразумной телепатически общающейся особью — внутренне.
В связи с чем следует заметить, что со стороны Омега-Центра, соединившего психику Зверя с мономенталитетом К6, это был очень неосторожный шаг: через образовавшееся квазисознание психосимбиот «Ольга 47» мог при желании «подключиться» к коллективному разуму К6. И хотя, казалось бы, для преобразования психосимбиота в полный логический девятичлен это не имело существенного значения, но… не зря же Подмножество 13 предписало Омега-Центру не предпринимать никаких самостоятельных действий!
Менее чем через час после того, как Сергей с Юрием ушли в разведку, Ольга вдруг зазвала в «Уазик» с интересом осматривающих местность и наслаждающихся «доисторическим» январским теплом Ивана Адамовича и Олега.
(Садитесь скорей в машину. Сейчас что-то произойдёт. Что? Не знаю. Это — не от меня. Ни от кого из нас. База противится, но нестабильность на седьмом уровне континуума нарастает. А Координатор Малой Ячейки ещё не определился с выбором. Скорей садитесь.)