— Конечно, нет, моя неприступная королева! — протелепатировал незаметно приковылявший Змей. — Я теперь твой верный паж. И ваш покорный слуга. — Змей склонил голову сначала в сторону Ивана Адамовича, а затем — Олега и Евы. — А поскольку слуге быть вдалеке от горячо любимых господ — нонсенс, то, с вашего позволения, я устроюсь здесь, у фонтана. Обожаю любоваться своим отражением в воде!
— Ах ты Нарцисс несчастный! — съехидничала Ольга, но, решив, что после всех треволнений сегодняшнего дня им действительно следует отдохнуть, продолжать пикировку не стала, добавив только: — У-у, коварная рептилия! Соблазнить не вышло — так переквалифицировался в шуты. Ладно уж — принимаю. Хоть пажом, хоть шутом, хоть садовником. Только, чур, Евочку не искушать ни под каким видом. Она у нас девушка наивная, добродетельная — где ей устоять перед твоим коварством. Так что учти, развратник, замечу хоть один обольщающий взгляд — уволю без выходного пособия. А теперь, когда более мене устаканилось, и вправду — не худо бы отдохнуть. Олег, учись быть галантным, возьми Еву под руку и веди нас в свой дворец… Да будет ночь. И луна, и звёзды.
И едва только Ольга произнесла последнее пожелание, рассеянное дневное сияние стало меркнуть, на очистившемся от облаков тёмно-синем небе появилась луна, зажглись первые крупные звёзды. В окнах выдуманного Олегом фантастического дворца призывно затеплился мягкий свет — Ольга с Иваном Адамовичем и Ева с Олегом, обогнув фонтан, поднялись по широкой мраморной лестнице. Внутри, прежде чем разойтись по спальням, Ольга отвела Еву в сторонку и минут десять пошепталась с нею наедине.
На следующий день (а, проснувшись, Ольга сразу же повелела солнцу — быть) три человека и два фантома только-только успели позавтракать — с едой и, к огромной радости Ивана Адамовича, с куревом здесь оказалось также просто, как и со всем прочим, стоило только пожелать — к ним присоединились Сергей с Юрием. В сопровождении Зверя. Огромного, снежно-белого, ужасающего вида, но с удивительно добрым, проникновенным взглядом. Который, дабы рассеять невольно внушаемый его обличьем страх, сразу же телепатически назвался Шариком и отрекомендовался как представитель моноразумной расы второй планеты звезды К6.
(Нет, по происхождению я — землянин. Плотоядное млекопитающее. Жил на Земле задолго до людей. И вдруг что-то случилось. Очнувшись среди ночи, почувствовал себя мыслящим существом. Но — мыслящим не по вашему. Частью находящегося от Земли на расстоянии полутора миллионов световых лет моносознания. Которое через континуум бесконечно неопределённых измерений было Омега-Центром напрямую соединено с сознанием земного Зверя. Но подробней об этом — позже. Ольга, вы знаете, что поскольку я являюсь неделимой частью моносознания, то представляю в целом весь разум второй планеты звезды К6. Так вот: наша цивилизация тоже считает, что установленное Арбитром Большое Равновесие не является совершенным. Однако цивилизации нашего уровня ни ментально, ни технологически не способны его хоть как-то скорректировать. Это могли бы сделать «Эта» и «Кси» цивилизации в целом, но они не хотят. Хотите и можете вы — психосимбиот «Ольга 47». И если вам удастся восстановить разорванную Омега-Центром связь с Сорок Седьмым и Базой… хотя, конечно, это ужасно трудно… но, знайте, если вы попытаетесь — наша цивилизация будет помогать вам всем, чем может. К сожалению, наши возможности очень невелики. Однако, в качестве неподконтрольного Омега-Центру ретранслятора, мы всегда к вашим услугам.)
Получив это телепатическое сообщение, Ольга расцеловала Зверя в жуткую «крокодилью» морду и обратилась сразу ко всем своим «сокамерникам».
— Ванечка, Серёжа, Юра, Олежек — вы слышали? Вернее — восприняли? У нас теперь новый союзник! Цивилизация К6! И я не я буду, если не свяжусь с Сорок Седьмым и Базой! И наш психосимбиот восстановится! И Омега-Центр будет вынужден вернуть нас на Землю! Итак: операция «Бегство из рая» начинается! Или… вам здесь понравилось?
Мужчины наперебой заверили Ольгу, что здесь, конечно, неплохо, что если бы на несколько месяцев, они — с удовольствием. Однако навечно — тоска зелёная. Мир, в котором не надо ничего добиваться — ни умственно, ни физически — для растений. В крайнем случае — для животных. Но — не для людей. Не для тех, вернее — которые не считают себя растениями.
И только Ева грустно заметила: — Значит, я скоро исчезну?..
— Нет, Евочка, не исчезнешь, — успокоила Ольга. — Напротив, переместившись на Землю — обретёшь полноту существования. И ты, лукавая Змеюка, — женщина подмигнула подобострастно взирающей на неё рептилии, — тоже. А вас, лентяи и лежебоки, — мужчины запротестовали, но Ольга царственным жестом подавила их ропот, — обрадую. Из этого тёпленького местечка, этой мечты бездельников, изгонят нас не сегодня и не завтра. Успеете накайфоваться на всём готовеньком. У-у, дармоеды мои любимые!