— Серёженька, вы не волнуйтесь. В последнее время со мной это иногда случается — ну, будто светящееся облако вокруг. Правда, видят его, кроме Ванечки, слава Богу, очень немногие — не то бы, в наши дико просвещённые времена, наверняка ославили натуральной ведьмой. Хотя… а кто я теперь, как не ведьма?.. шучу, конечно… а может — и не совсем шучу… не знаю… честное слово, не знаю… ни кто я теперь, ни что могу… иногда даже кажется, что могу всё… что здесь, на земле, для меня нет границ… вздор, конечно! Серёженька, не берите себе в голову! Не обращайте внимания на эти мои «ведьмовские» штучки- ладно? Понимаете… на меня — или через меня — как это открылось Юрочке, сейчас действительно замкнуты какие-то непонятные могучие силы. Но, Серёженька, ей Богу, ничего страшного! Они не злые, не тёмные… и, как бы это, не совсем что ли материальные…
— Ни фига себе, Оля, не материальные! — довольный тем, что Ольга приоткрыла краешек тайны, живо отозвался Сергей. — И мы, и захватившие тебя отморозки на несколько сотен километров переместились в Облаке очень даже материальным образом! Материальнее не бывает! Нет! Надо же так совпасть! Чтобы именно в России — и именно тогда, когда она не Россия, а полтора десятка «Суверенных Независимых Государств»! — было объявиться Пришельцам?
— А они, Серёженька, не объявлялись. И объявляться не собираются. Ну — до тех пор, пока мы сами не дорастём до них. — Разъяснила Ольга.
— Как не объявились? А Колодец, а «замороженные», а Облако? А главное — наше фантастическое перемещение?
— Это, Серёженька, не они. Это то, что осталось от погибшей цивилизации квазиразумных насекомых. Их нематериальная аура. Понимаешь, ей — ну, этой ауре — чтобы сохраниться, необходимо было получать подпитку от нас, от нашего психического поля. Ну, вот она и пыталась вступить с нами в контакт…
— Погоди, Оля, — в возбуждении перебил Сергей, — она что — вампир!? Вернее — вампирша? Эта чёртова аура?
— Нет, Серёженька, ни в коем случае. Она же ничего из нас не высасывает, а пользуется только той психической энергией, которая постоянно из нас истекает и рассеивается в пространстве. Да и то — её самой ничтожной частью. Потому что в основном эта энергия поглощается нашей аурой. Той, которую образовало общее биополе всего человечества — за всё время его существования.
Ольга говорила настолько уверенно и убедительно, что Сергей не сразу заметил, как на полном серьёзе втянулся в бредовый диалог со «смещённой по фазе» женщиной, — чёрт, а ещё говорят, что сумасшествие не заразно? — и не смог удержаться от продолжающего дискуссию вопроса:
— Оля, а откуда ты это знаешь? Ну, про этих тварей, про ауру, про пришельцев — вообще: про всё?
Ольга проникновенно взглянула в глаза Сергея и, как он понял после, не сказала словами, а с его сознанием непосредственно соединилась своим: «Я там была, Серёженька. В телах нескольких обитателей погибшей планеты. И не только — в них. В разных местах, в разных телах, в разных временах было моё сознание. Или душа — не знаю. А знаю, что ещё много где — в местах и временах совершенно невообразимых — мне предстоит побывать. И, возможно — не только душой, но и телом».
Если бы Ольга о своих невероятных перемещениях в пространстве и времени рассказала Сергею словами, он бы в лучшем случае посчитал это красивым вымыслом — фантастикой пополам с бредом. Однако, непосредственно восприняв Ольгины мысли, он воспринял и образы, запечатлённые в её мозгу. Вернее, не так: не разделённые наподобие слов отдельные мысли в сопровождении отдельных же иллюстрирующих их картинок-образов — нет, всё вместе: синтезированные в единую гармоническую структуру мыслеобразы, заглянувшей за знакомые нам горизонты времени и пространства, женщины. И был до того потрясён увиденным, что, вернувшись из удивительного путешествия — а по-другому нельзя назвать воспринятое и почувствованное им — смог только восхищённо произнести:
— Оля, а ты действительно — ведьма! В первоначальном значении этого слова: ну, от «ведать — знать»! А лучше — ведунья! А то «ведьма» у нас в основном всё же ругательство.
— И какая ещё ведунья! — подал голос управившийся с разрезанием аппетитно пахнущего гуся Иван Адамович. — Вот погоди, Серёга, узнаешь её покороче, такое откроется, что вообще! Ладно, не буду хвастаться — сам увидишь!
— Ванечка, — приятно смутилась польщённая Ольга, — не надо преувеличивать. Что-то я знаю, что-то умею, но… это ведь не от меня… это как бы дарованное… а уж кем и за какие заслуги… да и вообще — дар ли это?.. скорее — призвание… обязывающее ко многому… а вот — к чему?.. не знаю… пока не знаю…