Краем уха я слышала, как парни о чём-то негромко переговариваются. Даже ощутила, как меня подняли на руки, но до конца так и не проснулась. В душе царил полный покой, помогающий восстановить равновесие. Ну, судя по всему, этой ночью я точно высплюсь.
Я проснулась с рассветом от собственного крика. М-да, а ведь начиналось всё так хорошо.
Я снова видела во сне бал в честь нашей с Лексом помолвки, вспомнила, как мы тайком пару раз целовались на балконе, на котором скрывались от слишком пристального внимания гостей, стремившихся нас поздравить. А потом ко мне вернулись воспоминания о том, что произошло со мной после похищения и, честно говоря, я бы отлично обошлась и без них. Думаю, это не последняя ночь, когда эти события будут приходить ко мне в кошмарах.
Меня действительно пытали. И пытали жестоко, истязая тело, пытаясь сломить дух. Мать Лексиана хотела заставить меня позвать его. Не знаю уж каким образом я должна была это сделать. Я упорствовала и за это получала всё новые шрамы. Те самые, которые позже испещряли мои руки. Это было больно. Невыносимо, нестерпимо больно, но я не сдавалась.
Наконец, после почти месяца непрерывных страданий, Корнелия всё же решила попытаться поговорить со мной по-хорошему. Поздно. Я уже считала её дьяволом во плоти, и наш разговор, честно говоря, только подтвердил мои выводы.
— Ну, как ты тут? — было первым, что я услышала от неё.
— Если вы здесь снова за тем же, — я утёрла кровь с разбитой губы израненным предплечьем. — То мой ответ: катитесь к чёрту. Хоть убейте меня, но я не сделаю ничего, что причинит вред Лексиану.
— А кто говорил о вреде? Я желаю ему всего самого лучшего, как и любая мать для своего ребёнка, — она улыбнулась, обнажая клыки.
— Его мать погибла, — покачала я головой.
— Я подстроила своё самоубийство. Все поверили, — хмыкнула Корнелия. — Глупцы. Разве демон может погибнуть так легко? Мы не такие хрупкие, как вы, человечишки.
— Подстроили? — это отозвалось внутри гораздо большей болью, чем все мои ранения. — Вы хоть понимаете, насколько Лексу было плохо?
— Я видела всё, — чёрная радужка Корнелии чуть посветлела, и я поняла, что голубые глаза мой любимый наверняка унаследовал от матери. — Я была там, когда они нашли моё «тело». Пряталась под отводом глаз. Видела его слёзы, слышала его крик.
— И остались равнодушны к горю родного сына?! Он любил вас! До сих пор вспоминает вас самыми тёплыми словами! Не знает, что вы вонзили ему нож в спину и предали доверие совсем маленького ребёнка! — кажется, даже несмотря на сдерживающие мою силу браслеты, почувствовала, как моя ярость заставила зажечься внутри слабый огонёк.
— Это сделало его сильнее! — тьма снова окрасила глаза Корнелии в чёрный. — Я сделала его сильнее! Это из-за меня он настолько силён! Сильнее любого другого демона в сотни раз. Ни в ком ещё тьма не проспалась так рано, не была настолько сильной. Ему нужно только подчиниться ей, и она поведёт его в бой. Он станет величайшим правителем из всех. Все будут дрожать при одном только упоминании его имени и преклонят колени перед сильнейшим.
— Вы такой жизни для него хотите? Хотите, чтобы он пошёл по пути тирана? — я стиснула руки в кулаки.
— Я хочу, чтобы никто не смог ранить его так же сильно, как ранили меня! — огрызнулась Корнелия. — Его отец бесчестно поступил со мной! С нами обоими! Выбрал эту эльфийскую дрянь!
— Нет. Больше всего боли Лексу причинили вы сами. Своими же руками лишили его счастливого детства, — огонёк разрастался всё сильнее. — Ему наплевать на то, что у Гора и Лисси другая мать. Только вас это и волнует. Из ревности вы оставили своего ребёнка сиротой, один на один с отцом, который не испытывает к нему тёплых чувств! Он лишился вашей заботы! Лишился вашей любви!
Глаза Корнелии снова начали светлеть, и на мгновение у меня даже зародилась надежда на то, что я смогу справиться, переубедить её, спасти сразу две жизни. Но первая жена Императора тряхнула головой, прогоняя наваждение. Задумчиво хмыкнула, разглядывая меня по-новому.
— Теперь я понимаю, что он в тебе нашёл. Ты очень светлое дитя, помогаешь ему сдерживать, контролировать свою безграничную силу, бороться с ней. А значит тебе тем более не место рядом с ним. Когда мы убьём тебя у него на глазах, уверена, произойдёт всплеск невероятной силы. И тогда уже ничего не сможет его остановить, — довольно усмехнулась Корнелия.