Ему было двадцать семь, и от него веяло не юношеской бесшабашностью, а уверенностью состоявшегося мужчины. Но я все равно ни на что не рассчитывала. Даже наоборот, узнав о популярности нового знакомого, решила, что мне не стоит связываться с ним. Ведь я стану очередным развлечением, которая скрасит его пресыщенную вниманием жизнь. Между тем я жаждала чего-то более серьезного от будущей половинки, учитывая, что в двадцать три все еще оставалась девственницей.
Но мои опасения и осторожность быстро растворились в череде событий. Интерес Захара оказался не мимолётным флиртом. Это было целенаправленное, мощное внимание. Цветы регулярно приходили в общежитие, иногда прямо в аудиторию во время пары, вызывая перешёптывания у одногруппников. Не просто букеты, а композиции, произведения флористического искусства, с лаконичными карточками.
Он знал моё расписание. Его нелюдимый водитель в строгом костюме иногда ждал у выхода из института, чтобы отвезти меня в модное кафе, где уже был забронирован столик. Захар задавал вопросы о моей учёбе на факультете архитектуры и дизайна, о планах на будущее, и слушал так внимательно, с таким неподдельным интересом, будто моя жизнь была самой увлекательной темой в мире. В его глазах я видела не только желание, но и уважение. И это пьянило покруче алкоголя.
Через месяц, за ужином в тихом, невероятно дорогом ресторане, он сказал: «Хочу познакомить тебя с моими родителями» Причем это не звучало как вопрос, а как спокойная и уверенная констатация. Я сразу занервничала, но не могла отказаться.
Его мать, Валентина Игнатова, была похожа на ледяную скульптуру в гостиной их особняка. Она встретила меня беглым, оценивающим взглядом, который, казалось, просканировал стоимость всей моей одежды, обуви и перспектив разом. При том, что Захар лично купил мне платье для этого вечера.
Её рукопожатие было быстрым и сухим.
– Милана? – переспросила женщина, будто намеренно исказив имя.
– Мия, – вежливо поправила я, чувствуя, как сжимается желудок.
Но вот отец Захара, Аркадий Игнатов, был другой породы. Мощный, с умным, пронзительным взглядом, он не встречал по одежке и не светился любезностью. Он допрашивал: «На кого учишься?», «Какие карьерные планы?», «Какие приоритеты в жизни?», «Уже думала о детях?». Вопросы были жёсткими, почти экзаменационными и порой очень личными. Я безумно смущалась, спотыкаясь, но на волне адреналина отвечала открыто. В том числе: что несмотря на свою страсть к будущей профессии, семья и планирование ребенка были бы для меня в приоритете.
Отец Захара ничего мне не ответил, но я уловила одобрение в его взгляде. И проводил он нас очень тепло, даже как-то по-родственному. В тот вечер я была переполнена обнадеживающим ликованием. Меня проверили… И, кажется, приняли, судя по довольному лицу Захара по дороге домой. Хотя он мне даже не помогал, как будто ему было важно, чтобы я справилась сама. Тогда я не осудила его, а наоборот посчитала, что это серьезнее любой романтики.
Дальше все складывалось как в красивой киноленте. Захар казался не просто влюбленным, а таким, словно уже все решил. Он был щедр, изобретателен, относился ко мне бережно и искренне. Делал роскошные сюрпризы: вертолётная прогулка над городом, ужин в закрытом клубе, куда я прошла только по его имени, билеты в первом ряду на концерт популярного певца...
Наша первая ночь случилась вскоре после знакомства с моими родителями, которые, как и я поначалу, отнеслись с настороженностью к богатому ухажеру. До этого между нами была лишь прелюдия, которая безумно кружила голову. Захар отвез меня в загородный дом, где отнесся нежно и терпеливо, где шептал мне, как сильно влюбился, и чувствует, что это навсегда. Одурманенная его бесконечным вниманием и этой новой, роскошной жизнью, я – верила.
Предложение о замужестве сняли для социальных сетей, даже если я тогда этого не понимала. Ресторан на крыше небоскрёба, лепестки роз, фотограф, ловящий момент, когда Захар надевает на мой палец кольцо с бриллиантом. Я плакала от переизбытка чувств. Я не привыкла к такому, будто все происходило не со мной…
Свадьба была глянцевой картинкой из журнала: роскошное, неприлично дорогое платье, лучший ведущий города, приглашенные звезды, толпа незнакомых важных лиц, блеск, гламур и шквал фальшивых улыбок. Я чувствовала себя скромной потерянной лодочкой, которую покрасили в дорогую краску и пустили плавать среди больших высококлассных лайнеров. Захар постоянно отлучался, чтобы пообщаться с гостями, но я старалась не унывать, и воспринимать этот день как праздник. Очень изматывающий, но важный день, когда мы стали мужем и женой.