Внутри по-прежнему сохранялось много всего: страхи, сомнения, чувство вины перед Кириллом, тоска, злость, усталость... Я пока не могла с этим ничего сделать. Не могла разложить по полкам, отпустить, даже толком осмыслить.
Но одно я знала наверняка.
Больше я не хочу быть никем.
Месяц спустя…
Я вышла из автобуса и сразу уткнулась в телефон, сверяясь с навигатором. Синяя точка на карте медленно ползла по незнакомой улице, и я пошла следом за ней, стараясь не отвлекаться на мысли, которые без спроса лезли в голову.
Некая компания «ЛайнГрупп». Проектирование интерьеров, ландшафтный дизайн, комплексное благоустройство… Звучало серьёзно. Слишком серьёзно для меня, если честно.
Папа вышел на них через каких-то знакомых – я даже не стала уточнять, через кого именно. Он просто сказал за ужином: «Есть одна контора, хорошая, солидная. Попробуй сходить, вдруг вакансия будет как раз для тебя?». Я согласилась, потому что не хотела его расстраивать. Но внутри отнеслась к этому скептически. Потому что за последний месяц побывала как минимум на десяти собеседованиях… И везде слышала одно и то же:
«Мы вам перезвоним!»
Никто так и не перезвонил.
Ни опыт работы на кафедре, ни диплом с отличием, ни портфолио из учебных проектов – ничего из этого не помогло мне заинтересовать хотя бы одного работодателя. Всем нужен был опыт помасштабнее. Реальные объекты. Реальные заказчики и результаты. А я ничем таким похвастаться не могла... Лишь теория, амбиции и отчаяние, которое с каждым отказом становилось всё глубже.
Шагая по тротуару, я вдруг почувствовала легкое головокружение. В последнее время это стало привычным. Вялость, слабость, ощущение, что тело работает вполсилы. Наверное, из-за плохого аппетита…
Надо бы витамины купить – я говорила себе это уже раз десять и каждый раз забывала. Да и вряд ли они помогут. Было стойкое подозрение, что дело не в витаминах. Это что-то другое. То, что сидит глубже, чем дефицит железа или недосып.
Депрессия. Наверное, так это и называлось.
Ведь меня не отпускало назойливое ощущение, будто я нахожусь не на своём месте. Словно пытаюсь приткнуться куда-то, примерить на себя жизнь, которая мне не подходит. Как чужое пальто – вроде бы размер тот, а сидит криво, давит в плечах, и ты чувствуешь себя в нём нелепо.
Ни родные стены дома, ни мамины пироги, ни папины неуклюжие попытки подбодрить – ничего не помогало. Я чувствовала себя неудачницей. Двадцать шесть лет… И что я имела? Ничего. Только карточку, небрежно брошенную на стол бывшим свёкром. Да и тех денег уже почти не осталось…
Когда я приехала домой, то быстро поняла: у родителей всё далеко не так благополучно, как они рассказывали по телефону. Папина машина разваливалась на ходу и требовала серьёзного ремонта. Мама нуждалась в лечении зубов – откладывала это уже два года. Плюс долги по кредитам, которые копились и давили.
Никто не просил меня помогать. Мама даже обиделась поначалу, когда я предложила деньги. Но я решила для себя твёрдо: мне они не нужны. Знала, что если просто сяду и буду проживать на них день за днём, ничего не делая, то просто сойду с ума от собственной нереализованности. Поэтому уже через несколько дней после приезда домой я пошла на первое собеседование. Потом на второе. Третье. Пятое. Десятое... И каждый раз возвращалась ни с чем.
Но не только неудачи влияли на мое настроение. Ещё были сны... Проклятые сны, в которых я видела Кирилла.
Представить не могла, что будет настолько сложно. Наоборот думала, что расстояние поможет, что время сделает своё дело и тоска постепенно утихнет. Но не вышло... Чем больше проходило времени, тем она как будто становилась сильнее! Я отчетливее помнила голос Кирилла, его взгляд, тепло его рук, запах. Всё это приходило ко мне по ночам – ярко, живо, невыносимо реально. А потом я просыпалась в пустой комнате своего детства и долго лежала, глядя в потолок.
Но я старалась держаться. Как могла.
Тем более он наверняка уже давно выкинул меня из головы. После того, что я сделала. После того, как мужчина открыл мне свои чувства, а я... решила отказаться от него. Выбрать другой путь. Потому что наша связь изначально была неправильной. Деструктивной. Построенной на зависимости, контроле и невозможности быть равными.
Я не жалела о своём решении.
Не собиралась отказываться от цели стать кем-то, встать на ноги и найти себя. Я просто смирилась с тоской… Приняла её как часть себя. Как шрам, который уже не болит, но никогда не исчезнет.