Что он себе позволяет? - возмущалась внутри себя. - Я не его преданная фанатка, чтобы он выставлял мне тут свои условия. Я вообще, между прочим, просто так сюда пришла. Из-за спора. И еще чтобы немного отвлечься от мыслей о Егоре. А он!... Негодяй!
Все эти мысли пронеслись в моей голове за какую-то секунду. Их было бы больше, но раздавшийся за спиной смех заставил остановиться и оглянуться.
Этот надменный тип надо мной смеялся!
- Высказалась? - миролюбиво спросил он с улыбкой на губах. Подошел. - Показала характер? Молодец, девочка. На первый раз прощаю. Но предупреждаю: еще одна такая выходка и мне придется принять меры.
- Я не хочу с тобой общаться, - процедила сквозь зубы.
- Хочешь.
- Ты… что… ты вообще меня не слышал?
- Смешная ты. Идем.
- Никуда я с тобой не пойду! И… и вообще! И цветы свои забери!
Я демонстративно сунула ему в руки еще недавно подаренный мне букет. С сожалением посмотрела на розы - красивые ведь - но гордость была важнее.
- Оля, я что тебе говорил по поводу истерик?
- Ты!... - правый глаз начал дергаться. Непробиваемый тип! Как с таким вообще можно разговаривать?!
Я довольно миролюбива. И против насилия. Но как же хотелось его стукнуть!
Выдохнула. Так протяжно, знаете: фьюуууу.
- Алек, - произнесла как можно сдержаннее. - Спасибо за сегодняшнее приглашение. - Да, вежливость наше все. - Но мне уже пора.
- Кошка рожает? - с нескрываемым сарказмом спросил он.
- Нервы сдают. Надеюсь больше никогда с тобой не увижусь.
Мне бы развернуться и уйти, но я стояла и ждала, что он ответит. Хорошо, что ждать пришлось не долго.
Алек изменился в лице. Оно приобрело то холодно-отстраненное выражение, которое появляется у героев фильмов, когда те усилием воли берут свои эмоции под контроль.
- Иди. Никто тебя не держит.
- Вот и пойду.
В ответ на этот выпад он только хмыкнул:
- Маленькая ты еще. Рано тебе играть во взрослые игры.
- Не твое дело.
- А цветы все же забери. Брал их для тебя. И да, Оля. Стервы из тебя не выйдет. Потенциал не тот.
*
Мы с Яной сидели за столиком ближайшего кафе. Злосчастный букет лежал рядом. Я то и дело поглядывала на него.
- Хватит вздыхать, - велела Яна.
- Кто вздыхает? Я? Нет.
- Ольчик, ну сколько еще таких придурков будет…
- Надеюсь, больше ни одного. Но ты теперь со мной согласна, что он придурок?
- Да уж… Хотя.
- Никаких “хотя”! Что это за “маленькая ты еще”? Да я!.. Да он!..
Яна как-то неловко поерзала на своем стуле. Отпила из чашки с душистым чаем. Очевидно же, что она хочет что-то сказать.
- Что? - спросила у нее.
- Ну… Ты только не подумай ничего такого. Но… Вы так хорошо смотритесь вместе!
Я поперхнулась своим чаем. Хорошо еще, что не подавилась заказанным пироженным.
- Ты шутишь? - возмущенно спросила у нее.
- Чует мое сердечко, - проговорила она, держась рукой за сердце, - что так просто все не закончится.
- А вот не надо! Не надо этих пророчеств. Давай, скажи, что ты пошутила.
- Ольчик, да что тут такого? Он явно лучше твоего Егора. Да и симпатичнее.
- Мне брюнеты никогда не нравились.
- “Вам не нравятся лягушки? Вы просто не умеете их готовить”, - на этой многозначительной ноте она заговорщицки мне улыбнулась.
Глава 10
Выходные прошли на удивление спокойно.
Раз в две недели я обычно ездила домой - чаще ездить было дорого. Родной город находился в трех часах пути на маршрутке - вроде и не сильно далеко, но билет обычно влетал в копеечку. Родители и так оплачивали общежитие, давали деньги на еду и мелкие расходы, а еще младшая сестра Полина заканчивала десятый класс. Словом, посещать их раз в две недели было самым оптимальным вариантом.
Так что эти выходные я провела в подготовке к предстоящим семинарам, смотря фильмы и валяясь в кровати.
А то, что в субботу мне пришло сообщение от Егора стало приятной неожиданностью.
Так что да, выходные прошли не просто спокойно, а еще и очень даже успешно.
Егор написал: “Извини за тот вечер. Нужно будет как-то встретиться и все переиграть”.
Хорошо что в комнате никого не было - соседки Люда и Света разъехались по домам - и никто не слышал моего визга и дикого смеха. Я ликовала. Почему-то в тот момент данное сообщение стало неким свидетельством моей незримой победы.