Меня окружило свечение, заставляя стоящих рядом оборотней посторониться, словно отталкивая. А после неведомая сила мягко подняла меня вверх, унося в сторону вновь прибывших.
Испуганная, я чуть не завизжала, мгновенно промчавшись над всей компанией, подчиняясь чужой воле, лишенная возможности управлять перемещением.
Светящийся кокон бережно опустил меня рядом с Разгромовым и истаял, оставляя на новом месте.
***
Ведьмак окинул меня встревоженным, внимательным взглядом, оценивая сохранность, а после повернулся к дракону и барсу, где назревала схватка. Сама не сводила с них глаз, с замиранием сердца ожидая, что будет дальше.
Стоявший рядом с ведьмаком симпатичный молодой мужчина, скорее всего помощник, с любопытством меня рассматривал, провожал внимательным взглядом, пока мчалась в их сторону. Впрочем, как и остальные из вновь прибывшей компании.
Феникс был настолько зол, что казалось сейчас действительно вспыхнет, как ему полагается по легендам. Аристарх оставался внешне невозмутим, но не верилось, что не переживает о своей Рыжульке.
Претенциозно одетый Игорь, выглядевший, словно хочет предстать необремененным делами прожигателем жизни, спокоен и сосредоточен. Наверняка, просчитывал при этом возможные варианты дальнейших событий.
Остальные мне незнакомы. Стоя на новом месте, со стороны глядя на похитивших нас с лисичкой оборотней, я невольно ужаснулась, насколько опасными они выглядят. Если бы не дракон с его страшным пламенем, была бы бойня. Да и сейчас исход непонятен, и страх ледяной лапой сжимал сердце.
Чего я не поняла, так это сожалеющего взгляда предводителя похитителей. Красавчика, тиранящего Лисандру, которым он меня проводил, когда тащило в сторону Разгромова. Злость, словно я действительно была ему нужна. Только для чего? Непонятное пугает.
Очевидно, барс без добычи уходить не желал, вцепившись в лисичку мертвой хваткой. Но и Аристарх сдаваться не собирался, и решительно шагнув вперед, заявил:
— Ты настаиваешь, что она твоя? Бросаю вызов по нашим законам, Снежный, докажи в схватке, — сказал без он малейших сомнений, прожигая злющим взглядом перекошенного от бешенства урода, бесцеремонно держащего лисичку за шею. Казалось еще немного и ее переломит. С трудом сдерживала крик, глядя на измученную девушку.
— Что скажешь, барс? – с вызовом спросил дракон, посматривая с насмешкой, теперь уже в образе человека. Он стоял на месте прежнего дракона, посередине дороги, словно дистанцируясь от обоих сторон.
Снова я все пропустила, не заметив, как он успел обернуться. Но внешность узнала, этот мужчина заявился к нам днем, расспрашивая лисичку про нападение нежити и ушел по следу живицы.
Правда, теперь без камуфляжной походной одежды. Сейчас он выглядел, словно успешный бизнесмен на важных переговорах — стильно, дорого. И стал казаться еще более странным, будто принц в изгнании.
— Пусть будет так. Я чту законы и право силы, — сдержанно ответил барс, выпуская из хватки шею бедной Лисандры, отталкивая ее в сторону.
Покачнувшись, сделав несколько шагов, лисичка все же сумела устоять на ногах. Замерла в стороне, поникшая и невероятно бледная.
Меня потряхивало от происходящего. «Она не может остаться в руках этого урода!», - единственная мысль, занимавшая все мое естество.
Снежный, словно красуясь, неторопливо скинул одежду, обнажая мощный торс. И сразу стало понятно, отчего он так спокоен. Жгуты мышц, обозначивших его силу и широкие плечи. Просто машина для убийства!
На этом он не остановился, желая продемонстрировать свою силу во всей красе.
Он резко присел, ударяя кулаком в асфальт. И тот треснул, проламываясь, словно огромная плитка шоколада. Жуткая демонстрация, заставившая меня содрогнуться от увиденной мощи, и сделалось еще тревожнее.
В одежде он выглядел не так пугающе. Теперь стало понятно, насколько он подготовленный боец, заставляя опасаться за исход схватки с Аристархом. Тот красоваться не стал, просто шагнул к барсу, готовый начать схватку.
— Прохор! – сказал Разгромов, отдавая команду стоящему рядом с ним светловолосому помощнику. Непонятно, что имел в виду ведьмак, но тот просто кивнул, принимая задачу.
Сам бой был ужасен. Дрались они не жалея сил, стремясь извести друг друга. Невозможно было смотреть без содрогания на побоище. В какой-то момент осознала, что от волнения нервно вцепилась в руку близко стоящего Разгромова, не в силах справиться с эмоциями.
Он осторожно поглаживал мои пальцы, пытаясь успокоить. До жути страшно, и заходящееся сердце никак не утихало. Слишком опасный момент, ведь решалось будущее лисички, исход неизвестен.
Оборачиваться для схватки мужчины не стали. На федеральной трассе есть шанс попасться на глаза кому угодно, пусть сейчас чужих машин не видно. Как поясняла Лисандра, оборотни стараются оборачиваться только в защищенных местах, чтобы сохранить тайну.
Разница между сошедшимися в схватке мужчинами бросалась в глаза. Барс дрался за то, что категорически невозможно для него потерять — за ценность, необходимость. Аристарх бился, словно готов сдохнуть, и не щадил себя, будто вовсе не чувствует боли.
Казалось, он готов остаться здесь, не считаясь с собственной жизнью, лишь бы выиграть бой и Лисандра не досталась барсу. Любой ценой, вопреки всему, и от этого делалось жутко.
Закусила губу, чувствуя, как побежали горячие слезы. Разгромов что-то говорил, обнимая за плечи, но слов я не воспринимала, растворившись в переживаниях.
Как не вспомнить легенды о берсеках? Аристарх принимал каждый удар даже не поморщившись. Просто отвечая со всей силы, не сдерживаясь, круша и ломая. Словно терминатор, не чувствующий боли, идущий напролом.
И когда он подставился, получив мощный удар по ребрам, наверняка обернувшийся страшными переломами, подловил момент. Сумел сбить барса с ног и треснуть головой об асфальт, вырубая. Я невольно всхлипнула от ужаса, даже понимая, что в конечном счете оба живы.
А еще у нас есть победитель — Аристарх. И сразу стало дышать легче, словно убрали туго сдавливающие грудь путы. Правда, спаситель лисички выглядел таким потрепанным, что очень хотелось срочно вызвать ему врача.
— Победитель определен. Схватка была честной, — не откладывая, подвел итог невозмутимый дракон, оставаясь на месте. Всем своим видом показывая, что следит за происходящим.
— Прохор! – негромко скомандовал Разгромов, указывая рукой на пошатывающегося от многочисленных повреждений, но улыбающегося Аристарха, неотрывно смотрящего на лисичку. И помощник сорвался, кинувшись оборотню на помощь.
С замиранием сердца я смотрела на бегущую в нашу сторону испуганную лисичку. Бледная, с огромными, широко распахнутыми глазами, невероятно трогательная и беззащитная. Бросилась к ней на встречу, обнимая, чувствуя, как текут слезы.
Мы рыдали, держась друг за друга, ничего не замечая вокруг. В какой-то миг я глянула на Аристарха, которого, судя по происходящему, лечил Прохор, поводя руками. Остальное мало меня занимало, сами договорятся.
Потрепанный Снежный был жив. Его оттащили в машину под хмурым взглядом Лютого, выступающего сейчас за главного. Чужаков спешно отправляли прочь, но они требовали оказать помощь пострадавшему вожаку.
В сторону Меченого я старалась не смотреть, слишком страшно. Иногда казалось, так и чувствую словно пекущий, прожигающий взгляд. Неужели он действительно сожалеет об утраченной игрушке?
— Как ты? – спросила у лисички, чуть отстраняясь, вглядываясь в ее заплаканное лицо. Сама не лучше, тоже зарева.
— Нормально, — грустно улыбнувшись, ответила она.
Бледная и растрепанная, она выглядела до того несчастной, что становилось страшно. Хорошо, что этот ужас закончился!
Отгоняя мысли о том, как ей досталось в лапах урода барса, снова обняла Лисандру, поглаживая по спине, пытаясь поддержать и успокоить. Слезы бежали, не желая униматься, и мы обе периодически всхлипывали.