Мама и папа Максима были как раз этими «типовыми», точнее, типичными советскими инженерно-техническими работниками. ИТР. Правда, получали зарплату не стандартную, ИТР-овскую – 120 рублей плюс премия, а повышенную – 200 рублей и премия. Потому что работали на оборонном предприятии, да еще и в секретной лаборатории. Максим-маленький этого не знал, зато Максим-взрослый это прекрасно помнил.
…Итак, сегодня Макс был предоставлен самому себе, а вот завтра, в понедельник, предстояло первый раз идти в четвертый класс. Как раз началась первая четверть, но прошло всего пара недель сентября, в разгаре было «бабье лето», поэтому по-настоящему учиться еще было рано – можно было погулять, погонять в футбол, покататься на велике.
«Кстати, надо глянуть, у меня же был неплохой велосипед, «Минск», кажется», – подумал Макс.
Его верный конь стоял на балконе.
– Папа, я пойду на улицу, на велике погоняю? – Макс заглянул в комнату, где отец, утирая пот со лба, мазал клеем очередную обоину.
– А отцу помочь сын не желает? – яда в реплике Зверева-старшего хватило бы, наверное, на слона.
– Пап, ну какая с меня в этом деле помощь? Сам же не раз говорил, что у меня руки из жопы выросли?
Отец немного даже ошалел.
– Шось вэлыкэ в лиси здохло! – пропел Виктор Зверев. – С каких это пор ты стал увлекаться самокритикой? Раньше, помню, огрызался постоянно, когда я тебе про твои руки напоминал…
– Ну, а чего отрицать очевидное? Ну, не выросли руки, откуда нужно, так и ты их не вправил, правда? А теперь уже поздно. Хотя я, конечно, готов учиться, но давай не сегодня, ладно? И так голова гудит, а тут еще клея нанюхаюсь… – Макс многозначительно поднял глаза кверху.
– Ладно, раненый боец, можешь идти. Не тяжело велик на горбу тащить, больной? Может, поднести Вам, Ваше сиятельство? – отец был просто сама любезность.
– Нет, господин граф, я как-нибудь справлюсь, – Макс в ответ тоже съязвил.
Во дворе почти никого не было. И правильно – скоро полдень, все свалили на обед. Так что можно и покататься…
Но покататься не получилось. Только Максим отъехал от подъезда, как в руль его велосипеда вцепилась чья-то рука, а сзади за седло схватились еще две.
«Косой и его компания», – вспыхнуло в голове воспоминание из детства.
Максим-маленький Косого еще знать не мог – они ведь только переехали, а Сашка Косенко по прозвищу Косой жил в новом доме уже три месяца. Его дружки проживали по соседству, в близлежащих домах. Поэтому Макс еще не успел толком познакомиться даже с обитателями своего дома, а в войнушки играл в то злосчастное воскресенье совершенно случайно – зашел на развалины поискать деревянных брусков для отца, которому что-то надо было подправить на балконе. А там уже кипела битва. Началось все с брызгалок – пластиковых бутылок из-под всяких там постирушных химикатов, а закончилось бросанием камней… Ну, типа, гранаты. Вот одна такая «граната» и прилетела Зверю в голову. А теперь вот придется знакомиться с местной шпаной. Второй раз…
– В чем дело? – голос Макса был спокоен до невозможности.
– Ты смотри, какие мы деловые… – улыбаясь, пропел Косой.
– Какие мы – это мне решать, понял? – Макс сразу решил обострить ситуацию, чтобы раз и навсегда отбить охоту к нему лезть.
Это в прошлой жизни он полгода бегал от Косого и компании, пока отец не поговорил с батей Сашки и тот от него не отстал. А сейчас Зверь шутя мог справиться со всеми тремя обормотами, даже не вставая с велосипеда. Знаний и опыта у мастера спорта по боевому самбо и обладателю черного пояса по панкратиону Максима Зверева хватило бы и на взрослых, не то, что на подростков. И, несмотря на то, что Косому было лет 14, как и его дружкам, хилый на вид подросток, стоявший перед ними, мог буквально одним пальцем отправить каждого в нокаут.
Косой, видимо, не ожидал от незнакомого паренька такого нахальства. Тем более что пацан этот не выглядел угрожающе, и ни телосложением, ни лицом не походил на представителей районной шпаны, с которыми Косой уже был знаком и даже скорешился. Поэтому Сашка решил сразу же проучить наглеца.