Но эту улыбку заметил учитель. Он в этот момент как раз рассказывал про монголо-татарское иго.
– Интересно, молодой человек, и чему Вы там улыбаетесь? Вам неинтересно, что рассказывает учитель? Я понимаю, что Вы у нас новенький, что, возможно, Вы этот материал уже прошли, но надо же иметь уважение, не так ли? Что я такого сказал смешного? – Михаил Семенович, казалось, был несколько раздражен.
Правда, было непонятно – это улыбка Макса его так взбесила или кто другой его уже успел утром, что называется, «накрутить». Но как бы то ни было, под «раздачу» попал именно Зверь.
– Да я просто так, не по теме, – Зверь попытался, что называется, «съехать».
Но историк уже вцепился в него и, видимо, решил проучить, чтобы всему классу неповадно было. Как потом узнал Макс, Гугель был весьма злопамятным и приставучим, хотя, в сущности, довольно квалифицированным историком и справедливым преподом.
– А вот и зря, что не по теме. Но если Вы знаете тему, может, сразу ответите у доски? Как Ваша фамилия? – историк начал рыться в журнале.
– Конь педальный, – Трифон таки отомстил, выкрикнув обидную кликуху.
Макс обернулся, посмотрел на соседа, тот вызывающе уставился на него, улыбаясь ему в лицо.
«Ну, что ж, после уроков придется поставить себя в этом классе, а потом и в школе. Ничего не поделаешь, надо», – подумал Макс и показал коротышке кулак. Тот осклабился и махнул рукой, как бы говоря – еще посмотрим, кто кого.
– Зверев моя фамилия, зовут Максим. Тему я знаю, но не по школьной программе.
– Вот как? Интересно-интересно, ну-ка, пройдите к доске и расскажите всему классу, –историк сам заинтересовался таким поворотом дела.
И тут Максим решил устроить показательные выступления. Историю он знал и любил, любовь эта зародилась как раз в этой школе, и Михаил Семенович тогда сыграл в эттом не последнюю роль – историю он преподавал очень хорошо и предмет свой любил самозабвенно. А, кроме того, Макс запоем читал историческую литературу, начиная от художественных «Спартака» Джованьоли и «Батыя» Ивана Ле, потом переключившись после прочтения «Трех мушкетеров» Дюма на историю Франции от хроник «проклятых королей» до наполеоновских войн, и заканчивая уже в зрелом возрасте трудами Николая Костомарова, Льва Гумилева и Сергея Ключевского по истории России. Так что знал гораздо больше того, что давала ему вначале школьная, а потом институтская программа.
«Ну, историк, щас ты у меня будешь бедный», – подумал Макс, привычно выходя к доске и беря указку.
Класс в недоумении молчал. Никто не ожидал от новенького подобной дерзости, да и его отношение к Трифонову всех шокировало, ведь тот в классе был, что называется, царем горы, хотя и был самым мелким. Но самым шкодливым.
– Итак, если мы говорим об истории, то должны опираться, прежде всего, на факты, правильно? – Зверь задал вопрос как бы классу, но, понятное дело, обращался к учителю.
– Все верно, если есть таковые, – попробовал сразу же уточнить Гугель.
– Что такое факты? Это археологические раскопки и сведения современников, – Макс нисколько не стушевался. – Не буду сейчас много говорить про археологию, я не так в ней хорошо разбираюсь, но вот по поводу свидетельств современников кое-что мог бы сказать. Кроме Нестора-летописца, который писал свою знаменитую «Повесть временных лет» в XI столетии и не мог сообщить подробности о татаро-монгольском нашествии, которое произошло позднее, есть и другие летописи, которые как раз рассказали и о Несторе, и о его повести. Это Лаврентьевская летопись, первая Новгородская летопись и Ипатьевская летопись. Но они датируются примерно XIV и XV веком, то есть были написаны гораздо позже этого самого нашествия.
– Позвольте Вас перебить, юный коллега. Вы занимаетесь в каком-то историческом кружке? Откуда такие обширные знания? – историк был просто ошарашен.
– Да, и в кружке занимался, и был хороший преподаватель, мой дядя, – сразу же выдал домашнюю заготовку Макс. – Я продолжу?
– Конечно, конечно, мне очень интересно? А вам? – Гугель обратился к классу.
Нестройное «дааааа» его воодушевило, и он махнул Максу рукой, мол, продолжай.
– Так вот, все эти летописи нельзя считать свидетельствами современников, поскольку писались позже описываемых событий, а не во время их. А если собирать именно свидетельства тех, кто жил в то время, то они часто противоречат друг другу. Поэтому вначале о фактах.
Первое – никаких монголов в монголо-татарском нашествии не было, потому что не было тогда такой страны – Монголия. И нации такой тогда тоже не было. Были хунны, ойраты, мэргэды, татары, баяты, баргуты и еще около полусотни разных народностей. Которые уже потом стали предками современных монголов. К которым сегодня относят себя не только монголы, но и буряты, калмыки, хазарейцы и еще около 10 миллионов человек по всему миру, из которых только 3 миллиона проживают в нынешней Монголии. А в то время на Руси не знали никаких монголов, зато хорошо знали соседствующих со славянскими племенами кипчаков и половцев.