– Тебя тоже отоварить или ты все понял? – процедил ему Максим.
– А я что? Я ничего. Я это… я с Дюнделем пришел, я не… это ваши дела, я – сторона…, – залепетал мальчуган.
Картина была довольно комичная – щуплый Максим стоял практически в центре школьного двора, а вокруг него валялись постанывавшие и ругающиеся мальчишки, каждый из которых превосходил его и в росте, и в комплекции. Особенно нелепо выглядел Юрка Дюжник, сидящий на заднице и державшийся за живот.
– Что здесь происходит? – к компании подошел лысоватый мужчина представительного вида в очень неплохом костюме. Вид у него был донельзя строгий.
«Василий Кириллович, директор», – подсказала Зверю его детская память.
– Да ничего особенного, – улыбнулся Максим. – Ребята вот показывают, как футболисты симулируют на поле травму. Вы ведь любите футбол?
– Футбол? Ну… да, конечно, но… – директор даже на мгновение растерялся.
– Ну, вот и мы любим, правда, ребята? – Макс был сама доброжелательность. – Вот Юра Дюжник даже предлагал мне играть в его команде, но я как-то в футбол несильно, я больше баскетбол уважаю.
– Дюжник? А, и ты здесь, Юрий. Ты что – футболом решил заняться? – директор насмешливо спросил у Дюнделя. И, уже обращаясь к Максиму, продолжил. – Команду Юрия я хорошо знаю, кстати, вижу некоторых…ммм… «игроков», вот только не знал, что эта команда футбольная.
– Та мы и в футбик любим погонять, вот и опытом обменивались… – прохрипел, потирая ушибленную ногу Дикий.
– Скотников, ты смотри, опыт свой, который получил, дома зеленкой помажь, а то саднить будет, – оказывается, у директора с чувством юмора было все в порядке. – А вот ты, мальчик, – обратился он к Зверю, – откуда здесь взялся? Я тебя не знаю.
– Да это новенький, в нашем классе учится, только пришел, – пропищал Трифонов, обретя, наконец, возможность говорить после зверевского удара локтем в живот.
– Понятно. Ну, тогда вы, игроки – по домам, а новенького нападающего я приглашаю к себе в кабинет. Для составления плана тренировок – директор развернулся и пошел в школу.
– Ну, футболисты, вы давайте, тренируйтесь, а если еще захотите мне что показать, то учтите – в следующий раз я буду играть более жестко. Сегодня была разминка, для тех, кто в танке, повторяю – мне насрать, кто тут за кого мазу держит, ясно? Если вы тут все такие герои – толпой на одного, то я с вами тут цацкаться не буду, ноги и руки переломаю. Так что думайте, если есть чем, футболисты!
С этими словами Макс прошел прямо через уже поднявшихся с асфальта «разборщиков» вслед за директором, который уже поднимался на школьное крыльцо и нетерпеливо посматривал на Зверева.
– Мы еще побазарим с тобой, – донесся до него сказанный ему в спину комментарий Дюжника.
Глава восьмая. Время собирать камни за пазуху…
В кабинете у директора страшно не было. Хотя в своей прошлой жизни, один раз попав «на ковер» к Василию Кирилловичу, Максим Зверев настолько испугался, что даже толком не мог ничего сказать в свое оправдание. Но тогда это был хлипкий четвероклассник, которого вообще-то по ошибке обвинили в том, что он разбил стекло в коридоре. А сейчас в теле одиннадцатилетнего мальчика жил взрослый, битый жизнью и вышколенный четырьмя годами войны мужик, которому, как говорится, сам черт был не брат и который сам кого угодно может испугать. Даже в теле тщедушного пацаненка.
– Так, продолжим. Как твоя фамилия, говоришь? Зверев? – директор явно придуривался, поскольку видно было, что фамилию новенького он не просто запомнил – он ее знал.
–Да, Зверев Максим. Перевелся из 56-й школы.
– А чего перевелся?
– Так родители квартиру купили, вот и переехали?
– Это какой дом?
– 23-й, на Фабрично-Заводской улице, новостройка, девятиэтажка рядом со школой.
– Ясно. Вот я тут твою характеристику смотрю, успеваемость… Странно все, – директор сел за стол, и оттуда, сверху вниз сквозь очки, которые он надел для чтения, смотрел на Макса.
«Говорил – фамилию не помнит. А сам вон уже все документы просмотрел. Что-то здесь не то…» – Макс приготовился к допросу «с пристрастием».
– А что странно? Успеваемость нормальная, «двоек» нет, «троек» тоже. – Макс действительно пока не понимал интерес, который вызвал к себе у директора.
– Ну, во-первых, судя по характеристике, в хулиганах ты не числишься, скорее, наоборот. Читать любишь, библиотеку посещаешь. И в первый же день собрал вокруг себя самых известных хулиганов нашей школы. Зачем, спрашивается? Что не поделили? – Василий Кириллович смотрел, как рентгеном просвечивал.