На уроке рисования, точнее, изобразительного искусства, четвероклассники учились рисовать с натуры. Для начала учитель дал им простейшую модель – матрешку, потом поставил кувшин. Но даже с этим заданием справились не все и уже через 15 минут класс дрожал от хохота, когда Кисточка показал всем, что намалевал Игорек Шевченко. Его матрешка была похожа больше на какую-то беременную сову, а кувшин – на ночной горшок, который сверху ударили кувалдой. Сам Максим рисовал довольно неплохо – для диверсанта-разведчика умение рисовать является одним из важнейших умений. Причем, рисовать сержант Зверев умел с детства, и в школе только подтвердил свою квалификацию. А нарисовать матрешку для него было гораздо проще, нежели силуэт танка или орудия. Так что очередную «пятерку» он получил заслуженно.
Уроки пролетели быстро и Макс, особо даже ни с кем из одноклассников не пообщавшись, рванул домой. Сегодня на «Монтажнике» решалась его боксерская судьба. От сегодняшнего боя с Никитой зависела его карьера в мире единоборств, в который он стремился вступить, как в ту же реку, но уже во второй раз. И начинать нужно было именно с бокса. Идти сразу в секцию самбо он не хотел – как борец, он был подготовлен гораздо хуже, нежели как ударник. Кроме того, для борьбы Максиму пока не хватало ни выносливости, ни физической силы – все же его одиннадцатилетнее тело было слишком хилым и даже в какой-то степени дистрофичным. С такой «физухой» ему не то что чемпионом города не стать – даже районные или клубные соревнования не выиграть. А Зверь уже нацелился только на чемпионство города, как минимум. И в боксе он спокойно мог достичь своей цели.
На тренировку Макс снова пришел заранее. Однако на этот раз, поздоровавшись с тренером борцов Василием Степановичем, он не стал разминаться на ковре и вообще тренироваться с его подопечными. Тем более что в этот день боролись взрослые ребята, лет по 16–17. Так что он просто переоделся и пошел разминаться возле ринга – немного побегал, раскрутил руки и ноги, сделал упражнения на пресс и растянулся. Через пятнадцать минут в зал стали подтягиваться боксеры, тоже из старшей группы. Они с удивлением посматривали на Макса, однако никто с ним не заговорил – парни быстро переоделись и пошли на улицу бегать кросс. А через минуту к нему подошли Виталий Андреевич Василенко и его будущий соперник – Никита.
– Ну, как настроение? – спросил тренер.
– Боевое, – в тон ему ответил Макс.
– Вижу, ты уже размялся. Пусть тогда Никита со старшими побегает, разогреется, а потом идете в ринг и работаете два раунда по полторы минуты. А я погляжу.
– Лады, Виталий Андреевич, – ответил Максим и пошел отрабатывать бой с тенью.
Макс понимал, что за ним внимательно наблюдают, поэтому старался работать по классике – четкие прямые двойки, боковые, апперкоты, спокойная работа ног и более-менее стандартные нырки и уклоны. Он старался не включать ни Майка Тайсона, ни Роя Джонса, а просто выполнял обычные, даже обыденные упражнения, даже не пытаясь «зарисоваться».
– Шоу еще не гоу он, – тихонько проговорил он себе под нос.
Через 15 минут с улицы забежала старшая группа и с ними Никита, который, по правде говоря, даже не сильно-то и отличался от старших, особенно от легковесов. Судя по его комплекции, к 16-ти он будет стремительно приближаться к габаритам братьев Кличко. И боксировать сегодня хлипкому Максиму Звереву с таким вот бройлером будет весьма непросто.
«Ничего, чем больше шкаф – тем громче падает», – зло подумал Зверь.
– Внимание! – громко сказал тренер и хлопнул в ладоши. – Собрались быстро ко мне.
Старшие подтянулись к рингу, возле которого и стоял Василенко.
– Значит так. У нас на носу – городские соревнования по боксу на приз «Золотая перчатка». А потом – соревнования по линии ВЦСПС «Трудовые резервы». Перед этим – отборочные бои в виде первенства района. Там вам предстоит провести всего по одному бою. И сегодня я смотрю ваши бои здесь и решаю, кого конкретно выставляю и на район, и на город. Но вначале посмотрим бой вот этого новичка, – тренер кивнул на Макса – и известного вам всем бройлера-переростка Никиты.
Старшая группа оживилась, парни стали хлопать Никиту по плечам и спине, одобрительно подшучивая над новым для него прозвищем «бройлер». На Макса они смотрели с легким удивлением.
– Виталий Андреевич, – не выдержал один из старших, – так явное ж несоответствие весовой категории. Никита этого хлюпика просто затопчет.
– А вот и посмотрим, затопчет или нет. Парнишка очень уж верткий, да и кое-что умеет в ринге. Так, все, Зверев, Коромыслов, давайте в ринг, Зверев, ты одень шлем – у Никиты рука тяжелая, а мне травмы и проблемы не нужны. Так, а ты, Коваленко, давай в ринг, будешь рефери.