Выключили свет и включили подсветку. Свет, преломленный в гранях замка, слепил своей неожиданной красотой. Все, кто работал со мной, присутствовали при включении подсветки под великолепным замком. Возгласы восторга слились в шуме удовольствия. Джек пришел к мнению, что тесть сделал ночник для сильно избранных людей, но промолчал. Замок отдали на аукцион. В зале выключили свет и включили подсветку. Зал замер, потом оглушительно захлопал. Продали бриллиантовый замок по цене весьма внушительной, близкой по цене к целым алмазам. А отец получил за это новый комплект мелких алмазов, теперь он решил сделать макет солнечной короны.
Агнесса вспомнила, как у нее появились маленькие бриллианты размером с пшено. Абсурд всегда абсурд, особенно если это реальность. Реальность абсолютно нереальна, есть в ней истома невосполнимых утрат и неисполненных надежд. Когда число отрицательной реальности превышает допустимые нормы, становится, ни то, что скверно, а нереально. Реально то, что в мире есть алмазы, вполне абсурдно, что они есть на Марсе, точно также абсурдно их отсутствие у Агнессы. Ну почему алмазы не встретились ей в жизни? Могли бы и познакомиться. Агнесса уже знала, что на свете есть алмазы! Почему они не в курсе того, что есть она? Почему большие деньги она видит в кейсах на экране телевизора и то с большими криминальными разборками? Почему на телеэкранах мелькает лицо Майкла Холкина? Красивый мужчина, но почему он на экране вместо заставки? Агнесса все больше задумывалась над вопросом: где взять финансовый куш в любом виде? Она перечитывала детективы в надежде прочитать мудрую мысль получения случайных денег. Работая с рекламными роликами, она чувствовала, что деньги от работы ползут в чужой карман. Зеленая тоска окутывала ее вполне изобретательный ум. На ловца и зверь бежит. В момент отчаянья пришла новость, что умерла тетка, чьей копией была Агнесса.
На мать свою Агнесса не походила, да и на отца не особенно. Но тетка по отцу — это нечто. Это копия и образа мысли, и характера, и внешности. Или точнее Агнесса — копия сестры своего отца. Внешне тетушку богатой не назовешь. Она всю жизнь жила практически одна. Много не тратила. К себе мало кого пускала в дом. Наследницей в завещании уже лет тридцать числилась Агнесса. Работала тетушка Маша в партийных организациях. По линии партийного работника вполне преуспела. Была вторым человеком в городе, то есть замом партийных лидеров города. Она не была секретаршей, но и секретаря у нее не было. Кабинет был. Через нее в городе продавали и покупали недвижимость. Серьезная была женщина. Ее боялись и уважали. В свои дела она не допускала посторонних, и поэтому тайные богачи ей доверяли. Она не выдавала их. Они не считали ее подсадной уткой.
Тетушка жила без больших личных трат. Вся ее душа помнила обыски в квартире. Ее квартира, на первый взгляд проверяющих, была лишена всех признаков роскоши. Машина у нее была только служебная с молчаливым шофером. Дачный участок у тетушки был маленький: обычные шесть соток в коллективном саду. Домик кирпичный. Она в нем на ночь никогда не оставалась. Спать уезжала домой. У нее был диабет. Есть дорогую пищу, она не могла. Утро начинала с ложки подсолнечного масла. Редко съедала конфету в день. В ее доме бутылка водки или вина могла простоять двадцать, а то и тридцать лет. Одежда у тетушки была такая, что по ее словам: 'Никто не снимет, другую одежду не оденет'. Вещи добротные, но без украшений. Где у тетушки были деньги? Ведь должны были быть у нее деньги? Должны! Но где? Какое наследство ждет Агнессу?
Тайна тетушки оказалась весьма нетривиальной. Сероглазая Маша родилась в сентябре 1907 года. Она росла в трудные для страны годы, что не мешало ей быть энергичной и способной девочкой. Она очень хотела учиться в школе. Мать не разрешала ей учиться. Но Маша в школу ходила. Училась хорошо. Учительница ее любила. Маша окончила 4 класса. С 13 лет она работала на железной дороге. Деньги отдавала матери. Позже работала на мельнице. В 16 лет Маша уехала в город, где через райком комсомола устроилась на работу.
С первой получки купила платье и хромовые ботики. Так она была рада покупкам, что и не передать словами. Маша в 1920 году вступила в комсомол. В 1928 году комсомольская ячейка передала ее документы в партию. Все это время Маша была членом бюро комсомольской ячейки, и женским организатором. Комсомольцы ставили спектакли, и показывали их в деревнях. После спектаклей организовывали молодежные вечера с участием деревенской молодежи. На одном из вечеров Маша познакомилась с учителем Николаем Гавриловичем. Они полюбили друг друга.