– Я… я не понимаю… Джим, это что, шутка?
– Какая шутка?! Перед вами – резидент аргентинской разведки Хорхе Рамон де Куэльяр собственной персоной! А по фальшивому паспорту – русский инженер Петр Свиридов. Задержан местной полицией при попытке бегства, согласно разосланной нами…
Новоприбывший Генри вялой походкой подошел к столу, налил из бутыли воды в стакан и неторопливо выпил. Потом промокнул губы все тем же носовым платком и только тогда заговорил.
– Я не хочу вас обидеть, Джим, но, по-моему, вы – идиот. Такой же идиот, как и местные полицейские, задержавшие этого человека. Может быть, он и резидент какой-нибудь разведки, но уж точно не де Куэльяр.
– Как? – в растерянности возопил Стивенсон. – Вы уверены, Генри?
– Абсолютно, – с каким-то даже отрешенным спокойствием сказал толстяк. – Хорхе Рамона де Куэльяра я знаю уже пять лет, чуть меньше, чем вас. Так что ошибиться не могу. Похож, не спорю, даже очень похож. Но – не он.
Стивенсон застонал, рухнул на стул и обхватил голову руками. Евгений наблюдал за ним с нескрываемым злорадством. Но пока молчал.
– Вы что, правда, русский? – обратился к нему на испанском языке толстый Генри.
– Самый настоящий, – кивнул Миронов.
– Этот ненормальный вас пытал, бил, когда допрашивал?
– Не буду врать – даже пальцем не тронул. Психически на меня давил, уверяя, что я и есть этот ваш, как его… де Куэльяр.
– А как вы вообще сюда попали? – заинтересовался американец.
Евгений решил, что заначка ему все же не понадобится и достал одну из сигарет.
– Понимаете, – проникновенно начал он. – У меня сегодня день рождения. Не верите – посмотрите в моем паспорте, он на столе валяется. Вот мы и решили с двумя друзьями по этому поводу посидеть в небольшом ресторанчике, отметить. Ехали себе спокойно, ничего не нарушая, как вдруг нас останавливает полиция, без объяснений запихивает в свою машину, привозит сюда и швыряет в камеру. А потом, несколько часов спустя, меня приводят вот к нему, – он кивнул на координатора ЦРУ, все еще погруженного в скорбь, – и начинают уверять, что я аргентинский шпион. Ну, ерунда ведь какая-то! У нас только в сталинские времена такое могло происходить.
– Н-да, незадача, – американец потеребил свой тройной подбородок.
А Евгений решил еще чуть-чуть накалить обстановку. Он чувствовал, что играет правильно, и обстоятельства складываются в его пользу.
– Представляете, какой теперь скандал разразится? Газетчики трубить будут по всему миру: ЦРУ устроило охоту на русских инженеров!
Генри внезапно схватил Миронова за плечо и уставился ему в глаза сквозь стекла своих круглых очечков. И взгляд его Евгению очень не понравился.
– Откуда вы знаете про ЦРУ?
– От него, сам представился, мол, координатор ЦРУ в республике Перу Джеймс Стивенсон.
Толстяк в ярости обернулся к коллеге.
– Джим, я ошибался! Вы не идиот, вы – преступник! Вас судить надо! И закатать в тюрьму пожизненно, в одиночку, чтобы не смогли никому ничего сболтнуть!
Стивенсон в ответ только глухо застонал.
– Ну, так что делать будем, господа хорошие? – вопросил Евгений.
Он чувствовал себя почти хозяином положения. Хотя, если призадуматься, эти «господа хорошие» сейчас, чтобы скрыть свой прокол, могут обвинить его в чем угодно: от шпионажа, до мелкого воровства в местной галантерейной лавочке. И пусть потом удастся доказать, что все это – клевета, перед родными органами советский инженер не отмоется уже никогда. Первым же рейсом отправят в Союз, и станет он невыездным настолько, что даже в Болгарию, на Золотые пески не выпустят. Это, конечно, в том случае, если бы он в действительности был инженером-вертолетчиком Петром Свиридовым. Но для американцев он-то таковым и являлся! Так что изо всех сил давить на ЦРУшников сейчас не стоило. А если вот такой вариант попробовать?..
– Послушайте, Стивенсон, вы и вправду вызвали сюда представителя нашего посольства? – обратился он к координатору проколовшейся организации.
Тот поднял на него непонимающий взгляд, и Миронову пришлось пояснить:
– Ну, в советское посольство вы сообщили о нашем задержании?
– Н-нет, – покачал тот головой. – Этого мы еще не успели сделать.
– Отлично, – с облегчением вздохнул «Свиридов». – Как я понимаю, претензий ни ко мне, ни к моим спутникам вы больше не имеете?
– Нет, абсолютно никаких, – кивнул Генри. – Нам теперь надо думать, как выйти из этого дурацкого положения с наименьшими потерями.
– Отлично! Вот что я вам предлагаю. Сейчас вы тихо и спокойно выпускаете меня и моих друзей, сажаете в наш автомобиль и машете нам вслед ручкой. А мы продолжаем нашу поездку и не сообщаем своему руководству о произошедшем недоразумении. Вы же должны знать наши порядки? Начнется расследование… Оно нам надо? Вы же решайте сами, сообщать вашему начальству об этой досадной ошибке или нет. Хотите совет? Я бы не стал. Что в вашем, что в нашем руководстве дураков хватает. Так зачем их радовать и добровольно подставлять свою шею? Если и вы, и мы будем держать языки за зубами, все обойдется. Тем более что моим товарищам осталось работать в Перу всего по месяцу, можно надеяться, что они не проболтаются.