– Леня! – позвал Евгений шепотом. – Что думаешь?
– Кто его знает, – так же тихо отозвался Шишов. – Может, у здешних птиц привычка такая – орать ни свет, ни заря. Наши петухи тоже еще затемно кукарекать начинают. Подождем?
Миронов посмотрел на светящийся циферблат своего «Ориента». Четыре утра по-местному времени. Рановато, конечно. Но вот-вот должен начаться новый день, а светает здесь, насколько он знает, так же мгновенно, как и темнеет. Так что, если за то время, что они спали, ничего чрезвычайного не произошло, нужно подниматься, озаботиться завтраком и обсудить с Тибуроном план дальнейших действий.
Он вспомнил вчерашний марш-бросок, и ему стало одновременно и смешно, и стыдно. Неслись как угорелые, словно собирались с налета перебить бандитов, освободить пленных и в тот же день вернуться назад. Как мальчишки, честное слово! Затмение какое-то нашло, не иначе. И на него, и на кубинского командира. А ведь оба – не новобранцы зеленые, успели повоевать и знают, как действовать в самых острых ситуациях. Тогда почему так все случилось? Естественно, установки командования двоякого толкования не допускали: догнать и освободить! Но ведь начальство – тоже не все поголовно из дураков состоит! Не могло оно не понимать, что операция предстоит если и не самая тяжелая, то все же достаточно сложная, тем более что освобождать нужно не своих коллег-военных, привычных ко всему, а гражданских людей, от которых можно ожидать любых неожиданностей. Чего с перепугу необученный человек не натворит!
И это отсутствие свободных вертолетов… Казалось бы: куда проще выбросить всю группу парой «Ми-8» где-нибудь на предполагаемом пути колонны, да поближе к ней? И сами десантники не устали бы, пробираясь по лесу. А главное – угнанным людям меньше бы мук досталось! Нет, не дали вертолетов, приказали добираться своим ходом! Неправильно это, непрофессионально. И потому – настораживает. Наверняка начальство по своей привычке затеяло какие-то темные игры. Так ведь страдать в результате – обычным людям!
Подъем прошел тихо, почти бесшумно – новичков в отряде кубинцев тоже не было. Часовые ночью не спали, службу несли бдительно, вокруг стоянки ничего подозрительного не отметили, змея никого не укусила. Уже хорошо.
Завтракали консервами с пресными галетами и запивали водой. Костер для чая или кофе разводить не решились. Отхлебывая из фляжки, капитан Тибурон рассуждал:
– Унитовцы тоже не дураки. Какими бы выносливыми ни были, наверняка ночами привалы делают. Они-то, может быть, и могли бы по темноте идти, но с ними пленные, как их тащить?
– Кроме того, – добавил Евгений, пересыпая последние крошки печенья в рот, – они знают, что на них объявлена охота и что их соплеменники, но из ФАПЛА, будут стараться создать им как можно больше трудностей в продвижении. То есть, ставить мины, убирать все съедобное на пути и прочие гадости делать. Так что в темноте не особенно и помаршируешь.
– А значит, – подхватил кубинец, – есть реальный шанс достать их сегодня днем. Ну, ближе к вечеру. И потом уже ночью провести операцию.
– Как у нас со связью? – поинтересовался Миронов. Он вспомнил приказ докладывать в центр о каждом шаге своей группы и усмехнулся про себя. Вольно же им приказывать! Он бы и доложил, да вот как это сделать? Экипируя группу, начальство не удосужилось снабдить ее средствами связи. Ну не было у начальства достаточно мощной и одновременно легкой радиостанции! А те, что имелись, можно было только возить на автомобиле.
– Со штабом – есть, а с разведчиками, что сопровождают колонну, увы… Леон, командир той группы регулярно докладывает в штаб, они сообщают сведения нам.
– Что там слышно?
– Все по-прежнему. Идут на юг, немного забирая к востоку. Пленные пока все живы. По крайней мере трупов колонна за собой не оставляла.
– Еще день-другой, и трупы появятся, – невесело прокомментировал Евгений.