Борис Оруджев был в группе лучшим снайпером. Но сейчас его любимой СВД с ним не было, и ему предстояло проявлять чудеса меткости с обычным АКМом. Ну, да не впервой.
Борис задумчиво кивнул. Мыслями он был уже на крыше.
– Мишка, Толик! Вы прикрываете фланги, чтобы ни одна сволочь не смогла приблизиться. Кубинцы, конечно, хорошие бойцы, но вашего опыта у них нет. Так что постарайтесь.
Двойной кивок.
– Леня! Тебе я поручаю опекать Тибурона. Он отличный мужик, но горяч, может нечаянно высунуться. Ненавязчиво так опекай, словно случайно рядом оказался. Понял меня?
Еще один кивок.
– Всем все понятно? По местам!
А сам отправился связываться с Луандой.
Вероятность того, что до утра оттуда или из другой точки, поближе, может прибыть помощь, была чрезвычайно мала. Ночью авиация здесь не летала, а наземным путем все это было бы слишком долго. Так что в случае атаки им предстояло держаться минимум до рассвета. Конечно, потом налетят и кубинские МИГи и вертолеты с десантом прибудут. Но все это будет потом. А сейчас…
Оказалось, что Тибурон со своими уже успел связаться и имел о возможности помощи такое же мнение, что и Миронов.
– Ну и что? – вполне оптимистично заявил он. – Отобьемся своими силами! Мы-то в обороне сидеть будем, а наступать – они. Значит, силы равны.
Евгений не смог сдержать усмешки.
– Ну, ты просто полководец, какой-нибудь Симон Боливар. А если твои ребята ошиблись и их не шестьдесят, а сотни полторы? Устоим?
– А что делать? Отступать некуда!
– Кстати об отступлении. Ты подумал о тылах?
– Естественно. Их мои люди стерегут. Но унитовцы не такие хитрые, чтобы сзади заходить. Почему-то всегда чуть ли не в лоб прут. И это ведь при том, что их юаровские инструкторы обучают!
– Смотри, береженого бог бережет!
И по-русски добавил:
– А не береженого конвой стережет.
Серхио заинтересовался:
– Что это ты такое сказал?
Но Евгений лишь отмахнулся:
– Так, непереводимая идиома.
Тут прибежал солдатик.
– Камарада капитан! Появились первые!
– Ну, вот и началось! – подобрался Тибурон. – Теперь будет весело!
Они сбежали по лестнице на третий этаж. У окна, припав к биноклю, стоял кубинский лейтенант.
– Ну, что тут, Маноло? – спросил капитан, нетерпеливо протягивая руку к биноклю.
– Несколько минут назад из вон того переулка показались трое. Осторожно выглянули, осмотрелись и спрятались.
– Вооруженные?
– С автоматами. Насколько я успел разглядеть – явные унитовцы. Камуфляж сильно поношенный, у одного вообще не местной расцветки.
Тибурон внимательно осматривал площадь и прилегающие к ней улицы.
– Похоже, была предварительная разведка. Сейчас ничего не замечаю. Но и местных не видно, попрятались, чувствуют, что жареным запахло.
Евгений чуть не рассмеялся.
– А ты думал, местное население своих «освободителей» цветами встречать будет?
Капитан хмыкнул.
– Оно и нам-то не очень радовалось. Оп!
– Что такое?
– Появились, гады! Вон по тем улочкам, левой и правой примерно по десятку человек подкрадываются. Идут вдоль стен домов, в тени скрываются.
– Надо подождать, пока ближе подойдут, – посоветовал Миронов.
– Сам знаю, – досадливо повел плечом Тибурон. Приказал своему посыльному: – Пробегись, передай всем: огня без команды не открывать. Пусть думают, что мы спим.
– Ну да, по-твоему, они совсем дураки? – возразил Евгений. – Это после того, как их обстреляли на въезде, они будут думать о нас, как о спящих?
– Верно, конечно. Но вдруг?
– Ладно, тебе виднее, – не стал спорить Миронов.
Унитовцы не спешили. Они скапливались там, где узкие улочки впадали в площадь перед отелем, но на саму площадь выходить не спешили. «Что же это, – подумал Евгений, – сейчас с криками “ура” кинутся в атаку?»
Отель с темными окнами молчал, будто и впрямь спал, и бандиты начали смелеть. Сначала один показался из жерла улицы, потом, через минуту, выждав, еще несколько. И вот уже не менее полутора десятков вооруженных людей, чуть пригибаясь, двинулись ко входу в замершее здание. Из окон, невидимые снаружи, за ними следили стволы автоматов, каждую секунду готовые выплюнуть смертоносный свинец.
Когда темной угрожающей массе оставалось пройти не более двух десятков метров, Тибурон выдохнул: