— Отлично, Дэн, — крикнул Шарп, но его слова потонули в беспорядочном залпе тринадцати других винтовок, и вся первая шеренга колонны рухнула. — Продолжайте стрелять! — крикнул Шарп и, прицелившись на ладонь выше колонны, выстрелил, рассчитывая, что на такой дистанции его пуля угодит в кровавое, смешавшееся месиво. Он автоматически опустил приклад винтовки на землю и выудил из подсумка новый патрон. Он сместился вправо, чтобы выйти из облака дыма, застилавшего обзор, и, засыпая новый пороховой заряд в ствол, увидел, что французы оттащили своих убитых и раненых к обочинам тропы и перестраивают ряды. Лошадь офицера скакала на свободе, возвращаясь тем же путем, каким пришли французы. Другой офицер теперь кричал на колонну, указывая вверх по склону, и марш возобновился. — Бейте чертей! — крикнул Шарп.
Он едва верил своей удаче. Французский отряд превосходил его малочисленную команду по меньшей мере в десять раз, но был настолько самонадеян, или же настолько был не обучен, что не только не развернул стрелковую цепь, а вместо этого, казалось, намеревался маршировать в колонне прямо на его стрелков. Подарок небес.
— Цельтесь точнее! — крикнул он. — И продолжайте стрелять! — Он забил в ствол винтовки обернутую в кожу пулю, воткнул шомпол в землю рядом с собой, а затем насыпал порох на полку. Он вскинул винтовку к плечу и прицелился в голову колонны. Нажал на спуск и выудил новый патрон из подсумка. Скудная россыпь мушкетных пуль пролетела над ним. Те немногие французы, что могли стрелять в ответ, все били слишком высоко. — Бейте их!
— Разве они не должны быть в рассыпном строю, сэр? — Лейтенант Лав появился рядом с Шарпом.
— Должны, да.
— Почему же они этого не делают? — Лейтенант вытащил пистолет, но ему хватило ума понять, что на расстоянии до места, где стрелки истребляли французов, он будет, мягко говоря, бесполезен.
— Потому что они плохо обучены и еще хуже ведомы, — сказал Шарп. Он забил еще одну пулю в ствол винтовки.
Колонна остановилась. Никто, казалось, не знал, что делать. Шарп воспользовался паузой, чтобы достать подзорную трубу, и увидел, что второй офицер, пытавшийся собрать две роты, тоже пал. Авангард французов кромсали винтовочные пули, и не успевал он быть уничтожен, как люди, шедшие сразу за ним, становились новыми мишенями для безжалостного огня. Солдаты в центре колонны паниковали, стреляя вслепую вверх по склону. В воздухе мелькнул шомпол, вылетевший из мушкета, что было верным признаком плохо обученных солдат. Затем, наконец, Шарп увидел, как худощавый офицер жестом приказывает солдатам второй роты в хвосте колонны рассыпаться. Он видел, как тот кричит, и оторвал глаз от трубы, чтобы проследить, как рота расходится по склону долины, образуя редкую стрелковую цепь.
— Давно было пора, — пробормотал Шарп. — Займите этих вольтижеров! — крикнул он.
Стрелковая цепь начала подниматься, и Шарп почувствовал укол тревоги. В цепи было более пятидесяти человек, каждый в четырех-пяти шагах от соседа, и его четырнадцать стрелков должны были их остановить. Вольтижерам понадобится не меньше семи-восьми минут, чтобы взобраться по склону, что давало ему время сделать более двухсот выстрелов, но одиночных солдат убить было гораздо труднее, чем удобно сбитые в ряды войска, а большинство его стрелков все еще палили по остаткам первой роты, которая по-прежнему шла колонной по дороге.
— Не обращайте внимания на колонну! — взревел он. — Убивайте застрельщиков! И цельтесь точнее!
Застрельщики начали сражаться как положено. Один опускался на колено и стрелял вверх по склону, пока его напарник перезаряжался. И чем ближе они подходили, тем точнее становилась их мушкетная стрельба. Шарп наблюдал за вольтижерами, видел, как один упал, но слишком много винтовочных пуль летело мимо. Он обернулся, прикидывая, что его следующей позицией должны стать дома на окраине деревни, где небольшая толпа с тревогой смотрела в его сторону. Эль Эроэ, может, и сбежал, но некоторые жители остались, и Шарп не сомневался в их судьбе, если его заставят отступить за эти домишки. Черт побери, подумал он, не стоило ему ввязываться в этот бой. Вольтижеры были уже на полпути вверх по склону, их число почти не уменьшилось от винтовочного огня, в то время как первая рота, оттащив своих убитых и раненых к обочинам тропы, возобновила марш. Он насыпал порох на полку и стал искать цель на склоне, увидев худощавого офицера, который выкрикивал приказы, жестом приказывая вольтижерам рассыпаться еще шире.