Шарп сгреб несколько оставшихся монет и подумал, что французы неплохо платили Эль Эроэ. Он отдал золото Терезе, и не успела она убрать его в кошель на поясе, как с улицы донесся голос Эль Эроэ:
— Сержант!
Харпер напрягся, посмотрел на Шарпа, тот кивнул, и Харпер приоткрыл церковную дверь на несколько дюймов.
— Я вас слышу! — крикнул он в ответ.
— Сержант, я предлагаю вам покинуть церковь.
— Мы тут молимся, — крикнул в ответ Харпер.
— Молитвы вам пригодятся! Вы все скоро умрете.
— Это почему же?
— Я был в Трухильо, — крикнул Эль Эроэ, — и ваш майор Шарп был там, со своей шлюхой.
Тереза зарычала рядом с Шарпом, и он успокаивающе положил руку ей на плечо.
— С дамой? — переспросил Харпер. — Не удивлен. Он всегда был везунчиком, наш майор Шарп.
— И он не вернется!
— Неужели? Это прискорбные новости.
— Генерал Хилл разгневан на него за то, что он разбудил французов. Ему приказано оставаться в Трухильо, так что вы остались тут совсем одни.
— А нам тут совсем не плохо. Обустроились, как у Христа за пазухой, так-то вот, — крикнул в ответ Харпер.
Стрелки Шарпа и партизаны Терезы взобрались на ящики, служившие ступенями для стрельбы у окон, и Шарп жестом велел им не высовываться. Харпер распахнул дверь наполовину и присел рядом, взводя свое семиствольное ружье. Тяжелый замок оружия громко и зловеще щелкнул, и этот звук, очевидно, донесся до Эль Эроэ.
— Сержант! — крикнул он, и в его голосе явно слышалась тревога. — Я предлагаю вам покинуть деревню. Я позволю вам уйти с оружием, но все остальное вы оставите здесь.
— Мистер Шарп велел мне оставаться здесь, — сказал Харпер, — до тех пор, пока он не вернется.
— Он не вернется! Я же вам сказал.
Значит, Эль Эроэ не видел Шарпа. Должно быть, он решил, что стрельба с возвышенности за деревней было делом рук одного из пикетов Харпера, и, будь у него хоть капля ума, он бы послал людей на поиски этих дозорных. Что ж, пусть ищут, подумал Шарп.
— Мистер Шарп сказал мне, что он вернется, — крикнул Харпер, — и если он говорит, что вернется, значит, он вернется. Он офицер, который держит свое слово.
— Я тоже, — сказал Эль Эроэ, — и я говорю вам, что майор Шарп не придет.
— А мне говорили, что вы лжец, — крикнул Харпер.
— У него неприятности! И теперь генерал Хилл может вообще не прийти, потому что майор Шарп выдал замысел французам, которые теперь готовы к любой атаке. Вы одни, сержант! И скоро французы придут выяснить, что это за стрельба была этим утром.
— А мы любим убивать французов! — парировал Харпер. — Их убивать столь же легко, как и ваших обезьян.
— И они притащат с собой пушки! — пригрозил Эль Эроэ.
Шарп подкрался к Харперу сзади и выглянул в небольшую щель. Эль Эроэ стоял в воротах церковной ограды, а рядом с ним стоял человек с белым флагом. У Шарпа возникло искушение убить его. Это был легкий выстрел для винтовки, но вдоль стены выстроились люди Эль Эроэ, которые вполне могли снова начать бой, а у солдат Шарпа к этому времени остались только винтовки. Мушкеты, которыми они усиливали свой огонь, были в основном разряжены. Винтовки, без сомнения, уложили бы еще дюжину людей Эль Эроэ, но и Шарп понес бы потери, а ему и так уже предстояло похоронить одного, и это было на одного человека больше, чем нужно.
— Вы должны уйти, сержант! — крикнул Эль Эроэ, очевидно, осмелев от отсутствия ответа на его предыдущие слова. — И вы также оставите то, что украли из моего дома.
— Его деньги, — с усмешкой пробормотал Шарп.
— Мы взяли немного вина, — крикнул в ответ Харпер, — но вы, наверное, и не стали бы его пить, потому что на вкус оно как козлиная моча. И мы позаимствовали несколько отличных рубах! Вот за них вам спасибо.
— Вы украли церковную кружку для бедных, — рявкнул в ответ Эль Эроэ, — деньги, на которые мы собирались купить новые отары, когда французы уйдут.
— Ящик я вам оставлю, — сказал Харпер.
— Вы оставите эти деньги! — почти взвизгнул Эль Эроэ, и в его голосе слышалась мука от потери целого состояния.
— Я буду делать то, что прикажет мистер Шарп, — отрезал Харпер.
— Я вам уже сказал! Майор Шарп не вернется! Никогда!
— Тогда мы подождем мисс Терезу, Агуху.
— Эту шлюху! Если эта сука явится, я поделюсь ею со своими людьми!
Шарп метнулся к руке Терезы, но та оказалась проворнее. Она добежала до двери и распахнула ее настежь. Направив на Эль Эроэ один из своих пистолетов, она закричала так быстро, что Шарп едва разбирал слова, хотя и так было ясно, что она осыпает оскорблениями его мужество и мужское достоинство. Затем она нажала на спуск. Расстояние было небольшим, но пистолеты славились своей неточностью, и пуля обожгла воздух у самого правого уха Эль Эроэ. Он пригнулся, развернулся и бросился бежать под градом проклятий Терезы.