— И с моими тоже, — добавила Тереза.
— Но только если мы атакуем сегодня ночью, сэр, — сказал Шарп.
— Если вы атакуете сегодня ночью, — недовольно произнес Говард, — то негодяи в двух больших фортах будут начеку и будут нас ждать. — Он повернулся к Хиллу. — Внезапность главная составляющая нашего плана, сэр. Ночная вылазка майора Шарпа лишит нас этого преимущества.
Хилл на несколько мгновений задумался.
— Вы можете подождать, пока люди генерала Говарда не начнут штурм фортов, Шарп?
— Можем, сэр, но канониры двадцатичетырехфунтовых орудий у старого моста увидят наступление его людей и откроют огонь. Я считаю, что наш лучший шанс остановить их заключается в том, чтобы захватить это место сегодня ночью.
— Четверть луны будет на небе, — проворчал Кадоган, — вас будет видно, Шарп.
— Уж лучше четверть луны, чем дневной свет, — предположил Хилл.
— В ночной атаке я потеряю, может, дюжину человек, — сказала Тереза, — но если мне придется штурмовать днем, я буду счастлива, если у меня останется хотя бы дюжина. — Она наклонилась и потянула за голенище сапога. — И дневная атака, — добавила она, — подставит нас под огонь орудий форта Наполеон.
Хилл на мгновение задумался, и Шарп заметил, что генерал не сводит глаз с Терезы.
— В какое время вы бы атаковали, майор? — спросил Хилл.
— В предрассветные часы, сэр.
— И вы уверены, что ваши люди смогут захватить это место?
— С помощью Агухи, сэр? Абсолютно уверен.
Хилл вздохнул и посмотрел на Говарда.
— Подозреваю, Говард, что эти негодяи уже знают о нашем присутствии. Внезапность была бы преимуществом, согласен, но не упустили ли мы его?
— После той шумихи, что майор Шарп устроил в холмах, сэр? Да, — коротко бросил Кадоган.
— Что ж, что сделано, то сделано, нечего и слезы лить, — решительно сказал Хилл. — Захватите мостовой форт сегодня ночью, Шарп. Может, даже раньше, чем вы предлагали, чтобы успеть послать нам сообщение о захвате орудий?
— Будет исполнено, сэр, — сказал Шарп, гадая, на что, черт побери, он только что подписался, — и благодарю вас, сэр.
Эль Сасердоте помедлил.
— Вы пойдете на форты через холмы? — спросил он генерала Говарда.
— Другого пути нет, падре.
— Я дам вам проводника, — сказал Эль Сасердоте, — одного из местных.
— Признателен вам, падре, — бодро сказал Хилл, а затем повернулся к Кадогану. — Ваши головорезы возглавят штурм, полковник, так что приставьте человека падре к передовой роте.
— Разумеется, сэр, — ответил Кадоган.
Шарп натянул поводья, но тут же вспомнил о приличиях:
— С вашего позволения, сэр?
— Ступайте, Шарп. Увидимся утром!
— Непременно, сэр.
— Мадам, — кивнул Хилл Терезе, которая пришпорила коня и поравнялась со скакуном Шарпа.
— Ну вот, ты получил, чего хотел, — сказала она.
— Не уверен, что я и вправду этого хотел.
— Или ты предпочел бы вон то? — спросила она и мотнула головой в сторону роты 71-го полка, тащившей четыре громадные лестницы. Каждая лестница, казалось, была не меньше тридцати шагов в длину и была сделана из свежеоструганного дерева, ярко-золотого на солнце. Перекладины были прибиты к стойкам, и Шарпа передернуло при виде этого зрелища.
— Мне еще не приходилось участвовать в эскаладе, — сказал он, — и, знаешь, не горю желанием начинать.
— Эскалада? — переспросила Тереза, не знавшая этого слова.
— Есть два способа взять крепость. Пробить в стене здоровенную брешь из пушек, а потом ринуться на штурм. Но если пушек нет, приходится приставлять к стене лестницы и лезть по ним. Это и есть эскалада.
— И ты никогда этого не делал?
— Я ведь жив, правда? Нет, милая, мне чуть не пришлось этим заняться в Индии, но Господь Бог вместо этого открыл городские ворота. Лезть по лестнице самый верный способ помереть. А по такой длинной? — он посмотрел на ближайших солдат, тащивших одну из огромных лестниц. — Стоит одной перекладине сломаться, и ты уже летишь вниз, а даже если повезёт уцепиться, эти черти сбрасывают на тебя камни и ядра. — Он вспомнил, как наблюдал за штурмом Ахмеднагара 74-м полком, еще одним славным шотландским полком, и видел, как их сшибали с лестниц брошенными камнями и мушкетным огнем. Это казалось невыполнимой задачей, пока один храбрый офицер, с третьей попытки, не сумел взобраться на стену и не принялся рубить врагов своим клеймором. Шарпа передернуло при одном воспоминании о том, через что прошел тот шотландец.
— Лестницы слишком длинные, — сказала Тереза, — стены форта не настолько высокие.