— Так, сержант, — голос Лава вернул Шарпа на вал, — вторая бомба. Я подрезал фитиль, просто опустите ее внутрь.
— Вы используете британский порох? — спросил Шарп.
— И совсем немного, — ответил Лав, — его эффективность великолепна. Из-за селитры, конечно. Мы ввозим первосортную селитру из Индии, а французы вынуждены соскребать ее со стен выгребных ям, бедняги. Какая, должно быть, отвратительная работа! По пояс в дерьме выскребать минеральные отложения со стен. Впрочем, они же французы, так что, возможно, им это даже нравится. Отлично, сержант! Из вас выйдет прекрасный матроз!
Харпер что-то пробормотал себе под нос, а затем спросил:
— Еще одну бомбу, сэр?
— Думаете, бог троицу любит? Стыдитесь, сержант, своего маловерия. Варвара, по праву устыдившись своей первой попытки, без сомнения, направит эту бомбу так, чтобы обрушить погибель на наших врагов.
Шарп выглянул из-за парапета. Понтонный мост был теперь пуст, если не считать разбросанных тут и там трупов французов, застреленных с южного берега. Двое красномундирников осторожно переходили мост.
— Инженеры, полагаю, — сказал Хоган, но не успел он договорить, как небольшая пушка в дальнем бастионе тет-де-пона выстрелила картечью. Для картечи из такого маленького орудия дистанция была огромной, но одна из мушкетных пуль отбросила одного из красномундирников назад в фонтане крови.
— Стрелки! — крикнул Шарп. — Накажите этих ублюдков.
— Глупо с их стороны. — Хоган кивнул на двух солдат внизу. Один лежал мертвый, другой спешно отступал к форту Наполеон. — Мы не сможем уничтожить весь мост, пока не захватим это гребаное место. — Он кивнул на форт Рагуза и куда меньший тет-де-пон.
— Перерезать тросы на этом берегу? — предложил Шарп.
— И понтоны поплывут вниз по течению, сядут на мель, и их можно будет спасти. После чего их инженерам понадобится два дня, чтобы снова ввести мост в строй. Нет, мы должны уничтожить все. Нам сказали, что у них нет другого понтонного парка в Испании, так что этот мы должны превратить в щепки.
— Отойдите, джентльмены, — скомандовал Лав, и Шарп увидел, что из запального отверстия мортиры торчит новая трубка. — А теперь, Варвара, — громко воскликнул Лав, — я дал тебе добрый английский порох, смолотый в богоизбранной стране, и я ожидаю, что ты швырнешь эту малышку прямо в гущу врага! Позаботься об этом, женщина!
— Не так меня учили обращаться к святым, — кротко заметил Хоган и стал смотреть, как Лав подносит пальник к запальной трубке.
Снова короткое шипение и облачко дыма, затем резкий треск взрывающегося порохового заряда, и Шарп опять увидел дымный след фитиля, описывающий дугу над рекой.
— Уже лучше, я полагаю, — пробормотал Хоган.
Шарпу показалось, что вторая бомба летит выше, и он решил, что она полетит и дальше, но затем она изогнулась, и дымный след прочертил стремительное падение.
— Прошу тебя, Варвара! — вскричал Лав.
И бомба исчезла за ближним валом форта Рагуза.
— Он это сделал! — воскликнул Хоган.
Бомба упала прямо во внутренний двор форта Рагуза. Несколько мгновений ничего не происходило, затем бомба взорвалась, и почти сразу же грохот этого взрыва был поглощен другим, еще более мощным, от которого у Шарпа заложило уши. Стены меньшего форта теперь сработали как гигантская мортира, выбрасывая дым, огонь и какие-то предметы высоко в небо.
— Боже на небесах! — пробормотал Харпер. — Отличная работа, сэр!
— Враг в замешательстве! — радостно объявил Лав. Он аплодировал сам себе и пританцовывал на месте. — Мы сокрушили его!
Обгоревшие обломки дерева, куски каменной кладки и человеческие тела падали в реку и на окраины форта, где теперь бушевал пожар. Канониры, те, что выжили, бежали с валов, вероятно, к другой лестнице, подобной той, что была в форте Наполеон. Другие солдаты карабкались из южных ворот форта и бежали на восток по берегу реки, где к ним присоединились два десятка солдат, державших оборону тет-де-пона.
— Полагаю, вы попали в пороховой склад, лейтенант! — одобрительно сказал Хоган.
— О, Бэбс! — Лав посмотрел на измазанные дымом небеса. — Ты великолепная стерва!
— Жестокая стерва, — пробормотал Хоган себе под нос. Он уставился на две части разрушенного моста, обе изгибавшиеся по течению. — Теперь нам осталось только уничтожить их, — пробормотал он, — и дело сделано.
Хоган спустился по лестнице, а Шарп остался на валу. Он устал до мозга костей. Лейтенант Лав, по праву гордясь своим достижением, без умолку пытался объяснить, как то, что он называл траекторией снаряда, подчиняется математическим формулам, в то время как Харпер усердно умолял лейтенанта позволить ему выстрелить еще одной бомбой.