Кадоган отступил, казалось, смирившись с неизбежным, и Тереза вышла в центр круга, окруженная возбужденными красномундирниками. Шарпу она показалась худенькой, маленькой и уязвимой.
— Я должен спуститься, — сказал он.
— Вы не успеете, — Хоган коснулся руки Шарпа, останавливая его.
— Девчонка выпустит ему кишки, сэр, — сказал Харпер, — она быстрая, как молния.
— Не волнуйтесь, мистер Шарп, — произнес Хэгмен, — если ему повезет, я всажу ему пулю прямо в глаз.
Эль Эроэ, должно быть, понимал, что он покойник, потому что, если Тереза не убьет его, мстительная толпа красномундирников наверняка разорвет его на куски. Они могли не знать, кто он такой и что он сделал, но они видели щеголеватого мужчину в офицерском мундире, которому противостояла женщина, и знали, на чьей стороне их симпатии. Они по большей части утихли, но снова взревели, когда Тереза выплюнула в адрес Эль Эроэ слово «трус».
Тереза стояла неподвижно, но оскорбление заставило Эль Эроэ двинуться вперед. Он явно нервничал. Он знал о репутации Агухи, и ее очевидное бесстрашие выбивало его из колеи, но он, должно быть, утешал себя тем, что вооружен лучше, гораздо выше и сильнее, и уж точно способен преподать Агухе урок.
И тут Тереза повернулась к нему спиной.
— Полковник! — она держала нож вертикально, словно салютуя Кадогану. — Если он победит, вы отпустите его на свободу, договорились?
— Мадам… — начал Кадоган и осекся, не зная, что сказать.
— Если вы отпустите его на свободу, полковник, — продолжала Тереза, — мой муж выследит его и убьет. — Она сделала паузу, и Кадоган, несколько нервно, резко кивнул. Тереза опустила нож и снова повернулась к Эль Эроэ. — Если победишь, трус, можешь бежать.
— Зачем она это делает? — недоуменно спросил Хоган.
— Она дает ему надежду, — сказал Шарп. — Сейчас он знает, что обречен, так что она дает ублюдку то, за что можно драться.
— Но зачем? — спросил лейтенант Лав.
— Потому что так он будет драться лучше, — сказал Шарп. — Ей не нужна легкая победа, она хочет унизить этого ублюдка.
Хоган усмехнулся:
— Обожаю эту девчонку.
— Ублюдку следовало напасть, когда она повернулась спиной, — сказал Харпер.
— Она этого и ждала, — сказал Шарп, — потому и держала нож вертикально.
— Использовала как зеркало, мистер Шарп? — спросил Хэгмен.
— Она знает, что делает, Дэн. — Шарп молился, чтобы это оказалось правдой. Он видел, как она убивает, но никогда не видел ее в такой официальной обстановке, один на один, в бою, где победит мастерство. Ненависть и уверенность Терезы против отчаянного желания Эль Эроэ выжить и, Шарп был уверен, столь же отчаянной потребности доказать свое превосходство. Но страх сдерживал эту потребность, и он просто стоял и смотрел на Терезу.
— Давай, безвольный кусок дерьма, — выплюнула она, — пора умирать!
Скандирование «Бейся! Бейся!» началось снова, и Эль Эроэ, не в силах выносить издевательские насмешки, вскинул саблю.
И атаковал.
Эль Эроэ атаковал, как и ожидал Шарп. Яростно.
Он бросился на Терезу и нанес саблей дикий рубящий удар. Такой силы, что мог бы снести ей голову с плеч.
Вот только она пригнулась.
Клинок прошел в паре пальцев от ее макушки. Она выпрямилась, шагнула вперед и полоснула ножом по правой руке Эль Эроэ, пересекавшей его грудь.
— Ей следовало проткнуть его насквозь, — с сожалением сказал Хоган.
— Она дразнит его, — сказал Шарп.
Быстрый удар ножа вспорол желтый рукав, оставив на предплечье рану, которая, как подозревал Шарп, достала до кости, но не замедлила его, а лишь привела в ярость.
Тереза отскочила назад, когда Эль Эроэ нанес обратный удар саблей, столь же яростный, как и предыдущий. Она проследила, как клинок проносится мимо, сделала быстрый шаг вправо и снова полоснула ножом, на этот раз порезав левое плечо Эль Эроэ — опять пустяковая рана, но и она окрасила желтый рукав кровью.
— Она обескровит его тысячью порезов! — радостно воскликнул Харпер.
— До чего ж она быстрая, мистер Шарп, — сказал Хэгмен, все еще целясь в Эль Эроэ из винтовки.
— Она красуется, — неодобрительно произнес Хоган.
— Изматывает его, — сказал Шарп, — чтобы потом быстро прикончить.
Толпа подбадривала ее, призывая прикончить ублюдка, и освистывала каждый свирепый удар сабли Эль Эроэ. Он снова и снова яростно размахивал саблей, а Тереза отступала перед атаками, всегда смещаясь вправо, чтобы не упереться в зрителей, и не предпринимая контратак, но всякий раз уклоняясь от свистящего клинка. Она начала бой спиной к главным воротам форта, ведущим на север, и теперь отступила на четверть круга по двору, все так же пятясь, все так же кружа по импровизированной арене и уворачиваясь от каждого мощного удара. Шарп видел, что она что-то говорит Эль Эроэ, хотя и не мог расслышать ее голоса за насмешками наблюдающих красномундирников. Он знал, что она, должно быть, издевается над ним, оскорбляет его, подначивает продолжать свои бесполезные атаки.