– Лейтенант, а ты знаешь, что привлекает женщину в мужчине больше всего?
– Расскажите!
– Внутренний стержень, чистоплотность и умение готовить!
– Я тоже умею готовить, к тому же разную кухню! – взыграло во мне чувство конкуренции.
– Да, мой хороший! – рассмеялась она. – Ты ничем не хуже министра! Погрузи кочан капусты в кипящую воду! Нам нужны мягкие листья для голубцов! И слушай дальше!
Приблизившись к чиновнику, я разглядела, что он взбивает венчиком ингредиенты для обещанного молочного коктейля.
– Как аппетитно выглядит! – залюбовалась я его руками, вливающими молоко в густую массу ванильного мороженого.
– А как аппетитно будет на вкус! Мой коктейль на основе воздушного крема, приготовленного лично мной! – игриво ухмыльнулся министр.
Я опёрлась локтями о столешницу, на которой он создавал гастрономический шедевр и, улыбаясь, наблюдала за процессом.
– Венчик ждёте? – вдруг задал мне вопрос чиновник.
– Что, простите?
– Венчик! На нём остатки вкусного мороженого с кремом! Можете их слизнуть!
– Нет, что Вы?! – засмущалась я, хотя ужасно захотела это сделать. – Я же не ребёнок!
– Вы не многим старше моей дочери! Держите венчик! – вручил он мне кухонный инструмент, измазанный ванильной вкусностью, которой я вдоволь насладилась, пока мужчина разливал коктейль по высоким стаканам. Сверху он приправил напиток взбитыми сливками и шоколадной стружкой. Поставив все три стакана на поднос, он снял с себя фартук и сделал мне жест головой следовать за ним.
Мы вернулись в гостиную и уселись за стол, который изящно украшала белая кружевная скатерть. Министр разложил льняные салфетки, а также картонные подстаканники на троих, по которым аккуратно выставил коктейли.
– А где моя дочь? – огляделся он по сторонам.
– Она намеревалась что–то показать мне и ненадолго отлучилась! Наверное, не может найти, что хотела, вот и задерживается!
– Да, беспорядком в быту и в мыслях она в мать! – недовольно буркнул хозяин дома. – Пробуйте напиток!
Я отпила прохладного ванильного коктейля и прикрыла глаза от наслаждения. Вкус был божественен!
– Министр, как вкусно! Спасибо! – откровенно получала я удовольствие от каждого глотка.
– Позвольте! – взял он в руку салфетку и заботливо протёр мне верхнюю губу, испачканную пеной от взбитых сливок. Делая это, министр не сводил с меня очарованных глаз, а я смотрела так же в ответ, ничуть не сопротивляясь его прикосновеньям, которые давно перестали быть целью убрать с губы остатки сливок.
«Нашла!», – забежала в гостиную девочка, и министр резко отдёрнул руку.
– Нашла наш семейный альбом! – довольная возглашала она.
– Солнышко, давай не сейчас! Нашей гостье это вряд ли будет интересно! – воспротивился чиновник.
– Почему же? Я с удовольствием посмотрю фотографии! – поддержала я в мгновенье приунывшую дочку.
Засиявшая от проявленного мною интереса, она села за стол и плюхнула перед нами толстый альбом. Листая страницу за страницей, дочь министра рассказывала мне про людей на фото и про места, где были сделаны снимки. В основном это были бабушки, дедушки, дяди и тёти подростка, а ещё она сама в младенчестве и в детстве. Почти в конце альбома стал появляться её папа, а на одной из фотографий я разглядела утончённую блондинку, курносую и с тонкими губами, заносчивую, судя по надменной позе, где она смотрела на фотографа как будто свысока.