– Вы желаете дрессировать собаку для охраны хозяина, то есть Вас? Верно?
– Верно! Доберман у меня. Сучка годовалая. Хорошая такая, ласковая, да только команду «фас» не знает! Мне бы за пару месячишек её подготовить! Ну, а дальше другие команды всякие! В общем, есть у меня для вас работёнка! На бабки не обижу!
– Гляньте пока, как наш специалист работает с собаками, а я с полковником на пару слов, чтоб обсудить детали, отойду! – указала я пальцем на главного кинолога, дрессировавшего ищеек за сеткой, ограждающей площадку для тренировок.
– Не вопрос, начальница! – двинулся он в сторону ограждения, а я осталась наедине с пожилым офицером.
Я подождала, пока мужчина не отошёл достаточно далеко, чтобы не слышать нас:
– Полковник, Вы что, нам уголовника в клиенты подсунуть хотите?
– Милочка, как Вы узнали, что наш парень однажды сидел? Хотя, я не учёл Ваш тюремный опыт… простите!
– Сидел? Однажды? Он завсегдатай в колонии, судя по количеству наколотых колец на его пальцах и колючей проволоки на запястье, а ещё и жестокий наёмник без жалости и сострадания, учитывая тигра с оскаленной пастью на его руке, – проигнорировала я саркастичную заметку о моей отсидке.
– Ваши познания в татуировках заключённых впечатляют, только своему супругу рассказывать о них не стоит! Это обычный клиент, только связан с криминальными группировками. Он просто хочет тренировать в кинологическом центре свою собаку. Желательно, чтобы оформлен он был «по–чёрному». Мне не нужны упоминания о нём в нашей документации.
– Майор не согласится обслуживать криминального зека, ещё и нелегально! Полковник, у нас на носу комиссия, а мы – полугосударственное учреждение, работающее с клиентами силовых, таможенных и правоохранительных органов! Вы привели к нам волка в стадо овец!
– Дорогая, – рассмеялся престарелый офицер, – это силовики–то овцы? Да он безобиднее любого из спецназа! Убивает сразу, не мучая дубинками или слезоточивым газом!
– Вы поняли, о чём я! Тренировки этой собаки могут быть использованы криминальным зеком против наших же коллег! Да и как он вообще Вам поможет выманить акции из майора–юриста?
– Об этом Вы узнаете вскоре после того, как только упросите супруга взяться за дело моего клиента.
– Мой муж не идиот! Он сразу же поймёт, что этот человек сидел и откажет мне в просьбе!
– Послушайте, у нас с Вами был договор: Вы помогаете мне создать ситуацию, в которой майор–юрист попадает в ловушку, выбраться из которой сумеет, лишь передав мне акции. Взамен Вы получаете желанные бумаги, которые засадят её за решётку. Так?
– Да! Но…
– Давайте без «но»! Ваша задача уговорить супруга взять на обслуживание этого клиента, как минимум на месяц и неофициально! Тем самым Вы и поможете мне поставить капкан на майора–юриста. Как только Мегера передаст мне акции, поверьте, что этого клиента Вы больше не увидите! И в Ваших интересах, чтобы на воплощение моей идеи ушло не дольше трёх недель, ибо банковский счёт юриста по истечению этого срока уже восстановлению не будет подлежать!
– И как по–Вашему я должна убедить майора, что этот человек нам нужен?
– Эта уже Ваша забота, юная леди! Придумайте что-нибудь, и ступайте к мужу! Мы подождём!
– Сейчас?
– Немедля! – недовольно поднял он бровь.
Я поднималась по лестнице в кабинет супруга, а у меня дрожали колени и совершенно охладели руки. Я волновалась и думала, как же заставить его пойти на уступку и принять условия полковника, которые должна была преподнести за собственную инициативу, иначе было бы странно, что я прошу за уголовника, приведённого в центр вражьим нам офицером.
– Ты занят? – приоткрыла я дверь к майору.
– Заходи, милая! – встал он из–за стола и нежно поцеловал меня в щёку.
– Там полковник пришёл с одним клиентом, который хочет дрессировать у нас своего добермана на защиту.
– Ну, прекрасно! Из каких структур этот человек? Таможня, полиция, МВД, следственный комитет?
– Из криминальных структур, – опустила я голову.
– Каких? – возмущённо вскрикнул супруг и наклонился, чтоб посмотреть мне в глаза.