– Твой Пехотинец ещё тот слабак! Как ты вообще ему дала?
– Не твоё дело, Бугай! Давай по существу! – не захотелось мне вспоминать, и, тем более, оправдывать тот летний день.
– Пара походов в нашу пивнушку, и он уже без алкоголя жить не может! Захаживает каждый вечер, бармен говорит. Со мной сдружился из-за удовольствий и армейского прошлого. По бабам вместе ходим! Одну красотку поделили на двоих! – подмигнул мне бывший сослуживец.
– С наркотой что? – пропустила я байки о портовых девицах мимо ушей.
– Ещё чуток доверия и предложу ему нюхнуть, нетрезвому, конечно, чтобы потом не вспомнил, кто завёл об этом разговор.
– Откуда возьмёте порошок?
– Так сам и достанет у бывших торговцев! Я ж не дурак его по «нашим» водить!
– Сам не подсядь!
– Искра, мой порок – это женские попки и самокрутки, а не бухло с отравой!
– Вот и славно! Сделай всё чисто, чтобы на нас не вышли!
– Не тушуй! Зовёт он меня по прозвищу, а военного штаба и вовсе не знает! Подсажу его на наркоту, устрою облаву, и сразу же вернусь на службу вдалеке отсюда! Вернусь через год, когда всё утрясётся.
– Хороший план, Бугай!
– Ты похвалой мне зубы–то не заговаривай! Помни, что обещала и карьеру, и дочь морского офицера, и свои дырочки в моё распоряжение отдать!
– Раз обещала, значит, выполню! – с трудом терпя его похабную манеру разговора, ответила я.
– Не открутишься, Искра! И хитрожопость не поможет, а то я тебя знаю! Захочешь соскочить с крючка! Только не забывай про компромат, что на тебя имеется по Пехотинцу с Отвёрткой!
– Кстати, как там у них с твоим мичманом?
– Любовь–морковь, трах–тарабах, всё, как положено! Думает сделать ей предложение, а после бросить! Ещё не сожалеешь о безжалостном возмездии?
– Не имею привычки жалеть о своих решениях!
– Коварная девчонка! – шлёпнул меня Бугай по попе.
– Без пошлости никак нельзя? – взорвалась я.
– Я просто взял аванс! Но толи ещё будет при расплате, Искра! – расхохотался он и двинулся на баржу в общежитие. – Исполнишь все мои приказы!
«Мечтай!», – пробормотала я себе под нос, но не имея плана отступления, немного напряглась.
Глава 41. В шаге от пропасти
Я ждала майора к ужину, и, не будучи уверенной, что вернётся он с уловом, потушила мясо и отварила картофель. Сев за стол и подперев рукой подбородок, я тяжело вздохнула. Министр не шёл из головы весь день. Я закрывала глаза и вспоминала нежный поцелуй и его томное дыхание. Волнение не отпускало грудь, но наряду с приятным чувством, меня терзала совесть со стыдом. Я думала о муже, который был добр ко мне последнее время, и это отяжеляло чувство вины. Мало того, что я рисковала его центром кинологии, так ещё и тайком к чиновнику на поцелуи бегала! «Неверная жена, предательница, шлюха!», – ругала я себя и запрещала думать о министре.
«Я дома!», – наконец–то вернулся с рыбалки подвыпивший супруг, и плюхнулся на табурет у вешалки с верхней одеждой.
Выйдя навстречу в коридор, я стянула с него сапоги:
– Рыбу–то хоть поймали?
– Свою, золотую, я уже давно словил! – схватил он меня за бёдра и одним махом усадил себе на колено.
– От тебя болотом воняет! – воспротивилась я любовным объятьям, упершись в его грудь ладонью.
– Это запах добытчика, милая! – довольно ответил муж и указал мне пальцем на мешок с уловом.
Я поднялась с его колена и взглянула на рыбу:
– Сом, окунь и плотва – прекрасный набор, майор! В рыбаки податься не хочешь?
– А ты не боишься, что меня русалка утащит? – встал муж с табурета и снял с себя штормовку.
– Милый, ты любишь секс, еду и центр кинологии! Из этого списка тебе в её покоях светят лишь свежие морепродукты! Вернёшься ко мне, не раздумывая!
Супруг щипнул меня за подбородок:
– Выйду из ванной и про ещё один удачный улов расскажу! А ты пока рыбку пожарь!
– С нетерпеньем жду ко столу! – поняла я, что дело с покупкой генеральских акций двинулось вперёд.
Желая угодить супругу, я взялась приготовить нам окуня, а мясо, что потушила, поставила в холодильник. Подготовив рыбное филе, я разделала его на кусочки, поперчила и посолила, а после обжарила на сливочном масле. В доме уютно запахло ужином и мне отчего–то стало спокойней. Искупавшись, муж вышел на кухню в халате и, потерев ладони, сел за стол. Я подала ему тарелку с едой и стакан минеральной воды.