– Вы пришли в мой дом, – внезапно вскочил он из–за стола и резко подошёл ко мне, на что я тоже поднялась со стула, – я думал у Вас ко мне чувства, только Вы мужа боитесь, вот и молчите о них! Просто так ведь не ходят к мужчине с гостинцами! Вы помыли у меня посуду, точно хозяйка на кухне! Вы дали мне себя поцеловать! Вы играли мной, зная, что я к Вам глубоко не равнодушен! Вы лгали мне! – кричал мне шёпотом министр.
– А Вы? – «взорвалась» и я. – Обходительный, галантный, такой интеллигентный! В Вас невозможно не влюбиться! Я доверяла Вам, и мне казалось, Вы – моя защита, как тогда, когда супруг чуть не избил меня! Но в пятницу Вы пришли в наш центр и напугали меня до смерти своими угрозами и упрёками. Я даже не поняла, в чём обвинялась Вами! – заплакала я полу–искренне, а полу–театрально.
Министр схватил меня за плечи и страстно примкнул губами к моим губам. Этот поцелуй был жарким и горячим, глубоким и неистовым. Его губы были настойчивы и требовательны, а каждая секунда соития говорила о том, как он её жаждал и ждал. Руки мужчины скользили по моей спине, прижимая наши тела друг к другу. Поцелуй длился вечность и мгновение одновременно, оставив на губах привкус страсти и запрета. А ещё немного боли, ведь мои губы не совсем оправились от оплеухи мужа.
– Министр, что Вы творите? – отвернулась я в сторону и прикоснулась пальцами к «воспламенившейся» ранке.
– Тебе не понравился мой поцелуй? – спросил он, не убирая руку с моей поясницы.
– Вы окончили допрос? – не глядя на него, поинтересовалась я.
Чиновник повернул к себе моё лицо и заметил небольшую трещинку у уголка моего рта.
– Опять муж побил?
– Ударилась!
– Как скажешь! – недовольно буркнул он. – Когда надоест исполнять приказы супруга и захочется сменить грубость на нежность, я буду тебя ждать! А теперь ступай! Допрос окончен! – ничего не ответив по поводу распечатки счёта юриста, отправил он меня за дверь.
Глава 44. Болото зависимости
Дела в центре кинологии были частично остановлены. Мы не брали новых клиентов, а работали лишь с теми, кто успел заключить с нами контракт. Мой муж стал злым и нервным, часто срывающимся на всех и вся. Полковника и майора–юриста было не видать, а вот комиссия усиленно ворошила все документы учреждения. Через неделю мне вновь пришла повестка в министерство.
– Почему вызывают только тебя? – с подозрением спросил супруг.
– Наверное, вновь о собаке зека будут спрашивать! – спокойным голосом ответила я, внутри испытывая некое волнение, ведь истинной причины приглашения я не знала и могла лишь надеяться, что министр послушал меня и достал распечатку «чёрного» счёта юриста.
– Старый полковник дел натворил, а нам расхлёбывать! И ты хороша! Не будь ты одержима местью, не пошла бы к нему в особняк и я бы не набил ему морду! Не было бы ни министра, ни комиссии, ни вытекающих из этого проблем!
– Нам незачем переживать! Документация в порядке! – старалась я успокоить супруга.
– Тебе всё нипочём! Мозгов потому что нет, одни эмоций и прихоти!
– Посмотри на ситуацию иначе! Из–за переполоха, устроенного министерством, наш генерал покоя не находит! Ты бы поговорил с ним ещё раз по поводу акций! Самое время!
– Принеси мне лучше кофе! Направь свою деловитость в полезное русло! Советчица тоже! – отослал он меня из кабинета.
Исполнив его поручение, я не смогла устоять от звонка журналисту. Рассказав ему в деталях события последних недель, я попросила передать мне папку с копиями дел судьи, и список фальшивых донаторов благотворительного фонда, деньги из которого шли в клинику, лечившую её дочь.
– Похоже, Вы сдержали обещание, и скоро будет издан репортаж о вопиющем нарушение презумпции невиновности в нашем судопроизводстве! – воодушевился журналист моим повествованием.
– Не зря же мы с Вами подписали контракт ещё в колонии, по которому я предоставляю Вам эксклюзивный материал по своему вопросу, а Вы обязуетесь нести моё дело в массы.
– Что ж, отлично, увидимся завтра у академии МВД!