Глава 56. Последствия выбора
После волшебного вечера с министром я возвратилась домой к инструктору–кинологу.
– Ты где была, дорогая? Я начала волноваться, ведь ты утверждала, что приедешь домой после работы.
– Простите, что ненамеренно заставила переживать! После кинологического центра мне преподнёс сюрприз министр. Мы ужинали с ним на крыше центральной гостиницы, – не скрывая счастливых эмоций, призналась я бывшей начальнице, хотя и помнила её неодобрительный настрой к моей связи с чиновником.
– Вот как! Он всё–таки добился твоего расположения к себе.
– Министр всегда его имел, но я прислушивалась к мнению других людей, которое глушило голос сердца.
– Надеюсь, милая, что твоё юное сердечко не подведёт тебя! Мою позицию ты знаешь: я не считаю, что чиновник тебе пара, но постараюсь не влезать с рекомендациями в твою жизнь.
– Ваши советы по–прежнему бесценны для меня, – обняла я заботливую женщину.
– А как майор тебя поздравил?
– Грубой хваткой! – показала я лёгкий синяк на запястье и расстроено поджала губы.
– Он злится. Правда, это не повод для грубости и насилия.
– В последнее время разные люди пытаются сделать из нас с супругом врагов, то полковник, приславший ему фотографии, то министр, сказавший, что муж скрывал от меня снятие виновности, то старший кинолог, убедивший меня, что майор рассказал кому–то о нашей размолвке. Я чувствую себя марионеткой в чужих руках.
– Ну, мотивы министра ясны – любовь к тебе и неприязнь к майору; мотивы полковника тоже – ненависть к вашей семье, а вот кинолог меня удивляет. Ему–то это зачем и какая ему разница, что происходит у тебя на личном?
– Не знаю, но всё началось с того, что он стал придираться к моему распорядку работы в центре кинологии. Затем этот мужчина решил травить меня заметками о личной жизни, будто подталкивая к выбору между майором и министром, а с недавних пор чуть ли не называет шлюхой в лицо.
– Помнишь ли ты, милая девочка, что я обещала арендовать в кинологическом центре пару собак для таможенных целей? Думаю, время пришло! Заодно с кинологом этим пообщаюсь и слегка на землю опущу.
– Правда? – обрадовалась я такой близкой сердцу клиентке.
– Конечно, да и Лесси твоя приболела. Нам новая ищейка лишней не будет!
– А что с ней? – мгновенно огорчилась я.
– Сосуды и старость. Она уже не юная собака, хотя по–прежнему является одной из лучших в нашем деле – острая чуйка и навыки поисковые! Не зря же я её у академии МВД выкупила в своё время.
– Бедняжечка! И что же с нею будет?
– Пока что лечим, да только лет молодых ей это не прибавит. Лесси уже тяжело подолгу стоять на ногах, а уж по границам шастать и речи быть не может. Придётся усыпить, если на поправку не пойдёт. Бюджет у нас не бесконечный, да и ищейка мучиться не будет.
Я опустила голову, почти заплакав, но бывшая начальница приобняла меня и обещала сделать всё возможное, чтобы мою любимицу продолжили лечить, пока есть шансы на выздоровление.
Сессия в академии была в самом разгаре, и я достойно справлялась с ней. Несмотря на сложный период в своей жизни, я на «отлично» подготовилась к экзаменам и заслуженно получала один высший балл за другим.
Работать в центре кинологии мне было нелегко. Старший кинолог не отставал с подколками и критикой в мой адрес, а муж почти не разговаривал со мной, тем самым создавая атмосферу тяжести и мрака. Коллеги посматривали косо и без конца шушукались у меня за спиной. С министром я виделась редко. Обычно это были встречи в ресторанах. Этот галантный кавалер неотступно держал своё слово и не навязывался мне, тем более, что из-за сессии я была ограничена в свободном времени.
– Как продвигается учёба в академии? – спросил он как–то в кафетерии, куда я подошла после очередного экзаменационного дня.