– Спасибо за ключ, – ответила я, почувствовав себя ничтожной попрошайкой.
Расставшись с супругом, я зашла в столовую и налила себе кофе. Ничего не понимая и в конец запутавшись, я откусила печенье и взглянула вдаль, в окно, за которым стоял туман, такой же, как в моей голове.
Перекусив, я отправилась к собакам, решив занять себя работой. Примерно через час в здание центра зашёл старший кинолог вместе с мужчиной чуть старше меня, а уже минут через сорок они оба вышли к тренировочной площадке.
– Это твой новый начальник! С сегодняшнего дня он будет трудиться в этом Содоме и Гоморре вместо меня, – сказал мне кинолог.
– А Вы куда денетесь?
– Меня перевели в таможню, – торжественно ответил он.
– Кто перевёл?
– Министр МВД. Считай, что повысил! Работать там куда престижнее, чем в этом центре.
– И за какие заслуги? – удивилась я тому, что чиновник вместо выговора, перевёл его в другое учреждение.
– В министерстве знают о моих профессиональных способностях, которые слишком ценны для того, чтобы тратить их в этом месте разврата и беззакония.
– Как интересно Вы заговорили! Помнится, Вы и здесь служить были рады, когда мой муж Вас пригласил.
– На это я тебе уже ответил: я был доволен до того момента, как майор стал нарушать рабочие устои и до того как ты стала прогибаться под министром, превращая серьёзное учреждение кинологии в бордель.
– Позвольте! – вмешался новый кинолог. – Дело, конечно, не моё, но не пристало к даме в таком тоне обращаться!
– Ты посмотри, у тебя защитник появился! – язвительно захихикал старший кинолог. – Да будет тебе известно, что эта дама ещё та вертихвостка!
– Не думаю, что Вас или меня это касается!
– Вы ещё к работе приступить не успели, а уже иерархию нарушаете!
– Не замечаю нарушений! Вы больше не работаете в центре кинологии, и здесь ради того, чтобы передать мне дела.
– Ну, я их передал, так что приятно оставаться! – презренно бросил нам бывший старший кинолог и покинул тренировочное поле.
– Простите за этот непозволительный тон! – сказал мне молодой мужчина.
– Вы что, не верите сплетням, новый старший кинолог?
– Я человек военный, служил кинологом в погранвойсках, и мне всё равно, что болтают. Мне надо содержать семью, и я готов работать в любой среде. Ко мне грязь не липнет! Ещё у меня есть новорождённая дочь, и я бы не хотел, чтобы однажды к ней кто–то обращался так по–хамски.
– А Вы приятно выделяетесь из всех, кто здесь работает! Приступим к тренировке?
– Конечно, – смущённо ответил мужчина.
Тем днём мы занимались социализацией собак, наблюдая их взаимодействие друг с другом, а также тренируя на сотрудничество в поиске запрещённых веществ и в задержание преступника.
Работать с новым старшим кинологом было одним удовольствием. Он был и строгим, и весёлым, и поощряющим, и порицающим питомцев. Ко мне он относился с уважением и с дружеской заботой, которой мне так не хватало:
– Осторожно, не стойте меж двух собак с защитным рукавом! Они сшибут Вас ненароком!
– Это уже не в первый раз! – смутившись, сказала я.
– Давайте я сам! Не хочу, чтобы Вы пострадали! – ступил он с тренировочной манжетой вместо меня.
Забывшая про свои невзгоды, я улыбалась и занималась собаками, как вдруг на тренировочном поле появился министр. Вспомнив угрозы в сторону чиновника, я подняла глаза на окно кабинета мужа, но, не увидев в нём его силуэта, немного расслабилась.
– Нам нужно поговорить, – сказал министр.
– Я сейчас работаю, – ответила я, обиженная на него.
«11.45! Мне на перекур пора!», – деликатно покинул нас старший кинолог.
– Как тебе новый работник центра? – спросил чиновник, улыбаясь.
– По нраву, только зачем ты бывшего в таможню перевёл? Я думала, его ждёт строгий выговор с заметкой в дело о травле сотрудницы, а он вышел сухим из воды.
– Принцесса, к чему нам конфликты? Он отличный эксперт в кинологии, так для чего портить карьеру человеку, когда раздор можно решить полюбовно? Я отправил его трудиться в другом учреждении, чтобы вы не мозолили глаза друг другу.