– Найдите! От этого зависит Ваша свобода! – сел адвокат в свою машину и приспустив стекло добавил:
– Поеду, узнаю, что там с заявлением Отвёртки и с экспертизой шкатулки. Ещё надо нажать на следователя, чтобы обыскал записную книжку Пехотинца. Глядишь, достанем номер наркоторговца, которого упомянул Бугай!
– Я думала об обыске квартиры Пехотинца, да только не успела навести на эту мысль полицию!
– Отныне предлагаю озвучивать мысли мне! Я – Ваша защита, и больше никто! – тронулся с места мой адвокат и скрылся за углом здания суда.
Я постояла на стоянке ещё несколько секунд, осмысливая всё, что он сказал, а после побрела к своей машине. Открыв дверцу, я готова была сесть на место водителя, как вдруг мужская рука захлопнула её прямо перед моим носом. Я обернулась и уткнулась лицом в лицо Бугая.
– Ну, здравствуй, мисс благородие!
– Чего тебе надо?
– Любви и шоколада! – расхохотался он.
– Почему ты меня не предал?
– Баб, которых любят, не сажают в тюрьму, – потянулся он к моим губам, на что я резко отвернулась и получила поцелуй в правую щеку.
– Оставь высокопарные речи, Бугай, и свои лизания тоже! Почему ты не сказал в суде всю правду?
– Ты думаешь, я полный идиот? Признайся я во всех грехах, и сам бы получил приличный срок! Нет, нет, мне свобода со флотом важнее мести! О вас с майором я не забыл: ты мне должна, не забывай об этом; а муженёк твой, пригрозившей мне концом карьеры, ещё получит по заслугам. Только свой план тебе я раскрывать не собираюсь!
– Если бы ты и твой придурок мичман не стали затевать насиловать Отвёртку, дела бы завершились хорошо, и ты бы получил всё то, что я тебе однажды обещала.
– Ты уже дала мне козыри в руки и скоро я возьму своё!
– О чём ты?
– Эх, Искра, Искра! – расхохотался Бугай. – Ты баба смелая и вроде умная. Пытаешься казаться мстительной, жестокой, хищной, да только доброта тебя подводит и чрезмерные эмоции. За этим ты детали упускаешь, а именно они решают всё!
– Да ты психологом стал!
– Считай, как пожелаешь! – ухмыльнулся он. – Я, в общем-то, поздравствоваться подошёл, да и напомнить тебе о долге! Попке привет! Скоро с ней ближе познакомлюсь!
– Иди ты!
– Исполняю приказ! – приподнял он фуражку и, засунув руки в карманы, куда–то зашагал.
Напряжённая беседой с Бугаем, да и всем произошедшим, я села в автомобиль и, вцепившись руками в оплетку руля, протяжно застонала, опустив тяжёлую голову.
Время шло, а майора всё не было. Найти его я не могла. Нелюдимый, он мало с кем общался за пределами работы, и никто не знал его местонахождения. Тем не менее на адрес бывшей начальницы мой муж выслал бумаги на развод, посчитав, что так они не затеряются. Я должна была всё подписать и вместе с ним отправиться в ЗАГС для расторжения брака. Встретившись с инструктором–кинологом в её квартире, я, как обычно поведала ей последние новости, а вместе с тем призналась в сговоре с Бугаем и мичманом, и посетовала на то, что не могла найти супруга.
– Полагаю, он скоро вернётся, раз бумаги уже подписанные прислал! – обнадёжила она меня.
– Надеюсь, ибо я не знаю, что делать. Мне нужно, чтобы муж помог с аннуляцией заявления Отвёртки, которое сейчас в прокуратуре.
– Милая девочка, теперь ты видишь, к чему приводит месть? Это тёмная воронка из негативных эмоций и одержимости злом! Она закручивается всё сильней и уносит тебя на самое дно преисподней. Остановись, пока ещё не поздно!
– Боюсь, что обратно уже дороги нет.
Молча, в печальной тишине, мы обе отпили мятного чая. Я не держала обиды на бывшую начальницу за то, что выгнала меня из дома. Я понимала её нежелания быть затянутой в мою воронку мести. Никто из близких мне людей, а было их не так уж много, не должен был страдать от моих действий и идей. К тому же, я прекрасно устроилась в квартире, снятой министром, и была в ней счастлива с ним. Однако я молилась Богу, чтобы он ни в коем случае не узнал того, в чём я обвинялась. Я не хотела терять мужчину, которого любила.
– Как обстоят дела на личном? – уныло улыбнулась инструктор–кинолог.
– С чиновником мирно и ладно. Он не такой как муж – не деспотичный – не заставляет безупречно исполнять его приказы. Я даже и не знала, что с кем–то может быть спокойно и душевно. Я очень счастлива!