– Согласна! А давай посмотрим что внутри? – шаловливо предложила я, переполненная любопытством. – Похоже на картину в раме!
– Наверное, так и есть, вот только не по совести чужие вещи вскрывать!
– Но они же прошли в квартиру без разрешения!
– Любимая! – осуждающе осадил меня чиновник и, забирая сверток с собой, поцеловал на прощание.
Воскресным днём я приходила в себя от поездки: разглядывала сувениры и курортные фото, готовила еду на предстоящую неделю и просто–напросто валялась на кровати, а утром в понедельник отправилась в суд, – в неизвестность, уготовленную мне адвокатом министра.
В зале присутствовали те же лица – мои сокурсники, а дело вёл тот же судья и та же прокурор. Я уселась на скамью свидетелей и, нервно поглядывая на часы, ожидала появления своего адвоката.
Он ворвался в зал в последнюю минуту, слегка взлохмаченный, но в глаженном костюме и пахнувший дорогим парфюмом. Задыхаясь от спешки, он плюхнулся на стул рядом со мной и, громко выдохнув, взглянул на меня:
– А Вы загорели!
– Что с Пехотинцем? – по–прежнему недовольная его стилем работы, спросила я.
– Сейчас начнётся шоу, и сами всё узнаете!
– Жду, не дождусь, когда поднимут занавесь! – взволнованно ответила я, слегка не доверяя адвокату.
Заседание началось с того, что прокурор огласила результаты первого суда, а также обозначила всех, кто участвовал и помогал в расследовании, и имя моего адвоката звучало в списке одним из первых. Я взглянула на него, гордого собой, а он ответил: «не благодарите!».
Прокурор пригласила Пехотинца на скамью допроса. Я зажмурила глаза на мгновенье и слегка расслабила напряженные мышцы тела.
– Подсудимый, когда полиция арестовала Вас в лекционном зале академии МВД, в кармане Вашей сумки было обнаружено 2,5 грамма кокаина, что по нашему законодательству считается крупным размером. Что Вы скажете в свою защиту?
– Наркотики моему клиенту подбросили, как я уже упоминал на прошлом заседании суда. Эта женщина, – указал на меня адвокат Пехотинца, – подговорила своего дружка со флота, и он засунул порошок в рюкзак моего подзащитного.
– Мы провели экспертизу шкатулки, в которой был обнаружен кокаин, не говоря уже о том, что и сам подсудимый был под его воздействием. Так вот путём анализа мы выяснили, что других отпечатков, кроме как подсудимого и его мамы, на ней обнаружено не было. Старшина морского флота по прозвищу Бугай отрицал свою причастность к подбросу наркотиков. Так чем Вы докажите, что порошок Вам подложили? – продолжила прокурор, которая мне всё больше нравилась.
– Ничем не докажу, как и Бугай с Искрой ничем не докажут, что говорили правду, отрицая свою причастность к преступлению. Вы же нарушите презумпцию невиновности, осудив моего клиента за то, в чем его вина не доказана!
Я грустно опустила голову, ощущая приближение проигрыша.
«Рано расстраиваться!», – подмигнул мне адвокат.
– Что же, в ходе расследования, нами был обнаружен неплохо зашифрованный контакт наркоторговца, приведший следователя на восток нашей родины. Мужчину, изготовлявшего и распространявшего запрещённые вещества, взяли с поличным в его собственном доме, и сейчас он проходит по делу за изготовление, хранение и сбыт наркотических средств в особо крупном размере. Сержант, пригласите свидетеля в зал суда.
Через пару минут тишины в комнату привели потрёпанного человека средних лет, в изношенном пиджаке и протёртых штанах. На крупного поставщика наркотиков он не был похож, скорей, – на загнанного зверя.
– Вы узнаете подсудимого? – спросила прокурор наркоторговца.
– Узнаю, он приходил однажды летом, года два назад по наводке моего приятеля – кассира с автостоянки, которого вы упекли в тюрьму. Тогда он прикупил свою первую дозу в моём подпольном лотке, а после докупал через моих парней в столице.
– Когда подсудимым была куплена последняя доза?
– Слушайте, вы же нашли мою учётную книжку со всеми датами и клиентами, – измученно вздохнул наркодиллер.
– Ответьте на вопрос!
– В середине весны в этом году.
– Когда и был арестован! – обратилась прокурор к судье, на что он осведомленно кивнул.