Стук мужских каблуков о лестницу дал мне понять, что полковник сказал своё слово и оставил моего супруга в тяжёлых думах. Я, естественно, знала, как много этот центр значил для мужа. Кроме того, я собиралась прибрать его к своим рукам, и позволить дрянному офицеру забрать у нас семейный бизнес я не собиралась.
– Я всё слышала! – вышла я в коридор к мужу, облокотившемуся спиной о стену и печально глядящему в потолок. – Прости меня, пожалуйста!
– Этот негодяй хочет отобрать у меня дело моей жизни! Он полковник, а я всего лишь майор. Министр послушает его и выставит меня отсюда, – отчаянно пояснил мне муж.
– Опереди его!
– Как? Он акционер! Его никто не лишит права голоса.
– Пригласи министра с семьёй к нам на ужин в эти выходные!
– Солнышко, разве сам министр МВД согласиться прийти в нашу квартиру?
– А ты попробуй! Скажи, что твоя молодая жена хочет отблагодарить его за то, что позволил открыть тебе центр, и что она не хочет даже слышать об отказе. Намекни, что я прекрасно готовлю, и он не пожалеет о визите! Остальное я сделаю сама, когда они прибудут в наш дом!
– Даже если он и согласится, что нам даст этот ужин?
– Возможность сделать из него преданного сторонника, который будет исполнять твои беззвучные приказы.
Глава 26. Вольер разногласия
После словесной разборки с полковником, майор принял у себя клиента, к которому так мчался всю дорогу, а я спустилась вниз к электрику, отвечающему за техническое и сервисное обслуживание здания. Парню было восемнадцать лет, и он только окончил техучилище. Мой стук в его кабинет остался не отвеченным, а потому я просто приоткрыла дверь и зашла внутрь. Электрик задремал, склонив голову себе на локти, и даже посапывал, наслаждаясь сладким сном. Я хлопнула ладонью по его плечу, и он вскочил на ноги, испугавшись, что его «поймал» начальник:
– Спишь на рабочем месте?
– Простите, жена майора! – смешно извинился он, но из ответа мне стало понятно, как я воспринимаюсь подчинёнными супруга. Такое отношение мне было очень на руку, и я воспользовалась им.
– Раз у тебя нет дел, то дам тебе задание: как можно скорее провести мне телефон в приёмную. Я буду ассистировать супругу, и он уже назначил мне работу, которая включает телефонные переговоры. Звонить отсюда мне будет крайне неудобно, а, если результат не устроит майора, то тебе первому не поздоровится, ведь это ты отвечаешь за налаживание связи.
– Сейчас всё сделаю! – ответил парень и суматошно начал собирать в коробку инструменты.
Через пару часов в приёмной комнате уже был установлен телефон. Довольная я села за стол и, распахнув «жёлтые страницы», стала звонить по плотникам, подыскивая фирму, в которой главным было разумное соотношение цены и качества.
«Иди сюда!», – серьёзным голосом сказал мне муж, внезапно вышедший из кабинета.
Испуганно я встала со стула и неспешно вышла в центр приёмной. «Что же не так?», – судорожно размышляла я, стараясь усмирить взволнованное дыхание. Он подошёл ко мне, и я опустила голову, боясь, что снова получу от мужа оплеуху, даже не зная за что. Он же обнял меня за талию и приподнял, оторвав мои ноги от пола. Счастливый и улыбающийся, супруг кружил меня и целовал куда придётся. Не сразу, но потихоньку я отошла от испуга, и улыбнулась ему в ответ:
– Что случилось, что ты так рад?
– Министр согласился посетить наш дом в субботу! – продолжая держать меня в объятьях, пояснил майор.
– Это же замечательная новость! Теперь нам нужно закупить продукты и подготовить всё к приёму. Если ты выделишь деньги и вернёшь мне чек, я всё сама организую.
– Какой чек? – опустил он меня на ноги.
– На который начальник тюрьмы мне выплатил компенсацию за моральный ущерб, – слегка нервозным голосом сказала я, вдруг испугавшись, что супруг потратил эти деньги.
– Ах, да! Так и быть! Ради дела верну тебе всё, что нужно!
Муж взял меня ладонями за щёки:
– Прошу, сделай невозможное – поработи министра! Он нужен мне, как верный пёс!
– Почему же невозможное? Всё достигаемо, если есть мотивация, а забрать твой центр кинологии я никому не позволю!
– Ты моя умная амбициозная девочка! – поцеловал он мои губы, не подозревая, что его центр я давно уже присвоила себе. Правда, пока лишь только мысленно!