– Почему именно «Каберне Совиньон»?
– У него яркие нотки чёрной смородины и сливы. Оно идеально сочетается с мясом.
Муж усмехнулся:
– Ты и правда овладела винным искусством. А отбивная у тебя вышла отменной – сочной, нежной, ароматной.
– Спасибо, я старалась, – улыбнулась я.
Он прищурился, изучая меня и пытаясь понять, насколько я искренна и что на самом деле скрывается за этим ужином.
– Мне кажется, я перегнула палку вчера, – сказала я, отвечая на его немой вопрос. – Это мой способ извиниться.
– А я, похоже, перестарался с оплеухами, – тихо ответил он.
Мы ужинали в молчании. Казалось, мы попросили прощения друг у друга, но напряжённость всё ещё висела в воздухе. Муж бросал на меня короткие, настороженные взгляды, словно не до конца веря в искренность моих попыток примирения. В этих же взглядах читалось желание и восхищение моим внешним видом. Я знала, что он хочет меня, и улыбалась с налётом лёгкого флирта, разпыляя атмосферу интимности, которая имела шансы перейти в телесную близость.
Когда тарелки опустели, а бокалы остались полны лишь на четверть, я решилась. Подошла к супругу и, мягко опустившись на его колени, обвила руками шею. Его тело напряглось, но он не отстранился.
«Давай не будем ссориться», – тихо прошептала я, бережно кладя его руку на своё бедро.
Тяжело и возбуждённо дыша от этого прикосновения, он провёл пальцами по моей коже, забираясь под подол платья, обнажая бедро и доходя до округлости ягодицы. Он сжал её медленно, изучающе, словно пытаясь убедиться, что я действительно желаю перемирия. Я простонала в ответ на его действия и скользнула рукой по его груди прямо к паху, сжав пальцами вставший в брюках член. Муж сильнее возбудился и, резко притянув меня ближе, впился в губы требовательным поцелуем. Я ответила с той же страстью, выставляя грудь вперёд навстречу его ласкам. Я трогала его массивные руки и плечи, которыми любовалась тем утром, и желала супруга в себе. Он расстегнул ширинку, вызволяя наружу свой фаллос, и вернул мою руку на его крепкое основание.
«Он такой твёрдый… Как же я была не права… Позволь мне искупить вину», – прошептала я, опускаясь на колени между его ног.
Супруг удивлённо посмотрел на меня, и в его глазах отражались желание, смешанное с неким непониманием. Я же намеренно держала его взгляд, обхватывая губами крепко стоявший ствол, посасывая его, точно карамель, позволяя губам и языку творить магию.
Да, лейтенант, я хотела, чтобы этот вечер стал особенным. Не просто примирением, а чем–то большим – новым уровнем близости, который сплотил бы нас сильнее, чем раньше. Я вспомнила всё, чему меня так натаскал чиновник, и решила подарить подполковнику незабываемое наслаждение, которое он столько лет у меня выпрашивал. Слегка тревожила челюсть, но я старалась не обращать на это внимание, ведь цель примирения была гораздо важнее.
От удовольствия муж сильно застонал, но внезапно отдёрнул меня, отбросив в сторону. Я испуганно взглянула на него, не понимая, что сделала не так. Причинила боль? Доставила дискомфорт?
– Где ты этому научилась? – насупившись, спросил он грозным голосом.
Я замерла, судорожно сглотнув, но поняла истоки такой реакции: муж посчитал, что я решилась на минет впервые, желая угодить ему. Однако, поняв, что мои навыки повыше новичка, рассвирепел, ведь это подразумевало мои оральные ласки другому мужчине.
– Я с тобой разговариваю! – Он наклонился вперёд, его глаза вспыхнули гневом. – Мы никогда не занимались этим, потому что тебе, видите ли, было противно. Так что же изменилось? Где ты научилась так искусно делать минет? Это же явно не в первый раз, и даже не думай отрицать или врать.
Я попыталась подняться с пола, но его рука легла мне на плечо, мягко, но властно, не позволяя встать с колен.
– У министра… Где же ещё… – прошептала я, едва слышно.
– У министра? – прикрикнул муж. – Так ты ещё и шлюхой стала?!
– Разве минет делают только шлюхи? – почти шёпотом проговорила я.
– Дело не в минете, – в его голосе звучала злость. – Раньше ты была моей непорочной, славной девочкой. А после чиновника стала развратной девкой с претензией на свободу. И проявляться приобретённые тобой пороки стали сейчас. Интересно, что будет дальше!