Недовольно кашлянув, муж добавил:
– До куриных мозгов моей бывшей никак не дойдёт, что владельцы преимущественных активов стараются на благо центра, внося каждый свою лепту, а благо центра выгодно всем. Возьми, к примеру, итальянца. Он организует для нас мероприятия, где мы можем продемонстрировать высокий уровень подготовки ищеек. Это привлекает клиентов, а вместе с ними растёт и стоимость наших активов, и её доли в том числе.
При упоминании мужа об иностранном акционере я вдруг покраснела, но не от стыда, а от какого–то тёплого чувства в груди. Мне была приятна похвала в его сторону. Я очень прониклась этим мужчиной и искренне восхищалась им. Однако супруг не должен был уловить моего субъективного отношения к итальянцу, а потому я проигнорировала услышанное о нём и высказала мнение о высказала мнение о дочери контр-адмирала.
– Дело не в отсутствии мозгов, а в обиде и озлобленности, которую она выказывает через вредность. Ты же понимаешь, что в деньгах наследница морского офицера не нуждается. Её блокирующий пакет – не вопрос финансов, а вопрос потехи собственного эго и власти над тем, что важно тебе. Твоя бывшая получает удовольствие от того, что держит тебя в зависимости от её решающего слова.
– Она хочет мстить за твой план и за моё молчание о нём.
– Ты плохо знаешь женщин, подполковник, – усмехнулась я. – Дело тут вовсе не во мне и не в тебе. Дочь контр–адмирала взъелась на то, что Бугай использовал её, продолжая хотеть меня. А ничто не задевает женскую гордость так, как осознание, что мужчина предпочёл другую. Она прекрасно понимает: будь у Бугая хоть капля порядочности, он не стал бы пользоваться ни моей махинацией, ни кого–либо другого. Но у него её не оказалось. И в том, что между ними произошло, виноват только он. Но злость требует выхода, и нет мишени лучше, чем женщина, на которую её променяли. Вот только отнимать у меня нечего, поэтому она решила отыграться на центре кинологии.
Супруг задумался над моими словами, а после сделал умозаключение:
– И почему женщин называют «слабым полом»? Ваши битвы друг с другом страшнее сражений солдат на войне, а самое обидное, что страдаем в итоге мы, мужчины.
Он усмехнулся и задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла.
– Какими бы ни были мотивы дочери контр–адмирала, настроена она воинственно, напористо и нетерпеливо, а потому вряд ли отступит от своей позиции.
– Верно, – кивнула я. – Но тут есть нюанс: когда женщина действует импульсивно, она набирается мнимой самоуверенности. А самоуверенность лишает бдительности и рождает ошибки. Нам надо воспользоваться моментом и нанести удар, – вспомнила я мудрые слова итальянца и решила предложить мужу его план.
– Кто бы говорил?! – рассмеялся подполковник. – Прислушивалась бы сама к своим словам почаще!
– Сейчас мы говорим о твоей бывшей жене, – обиженно сказала я.
– Ладно, не дуйся! Надо просто дождаться момента, говоришь?
– Нужно не ждать, а создать его, – поправила я супруга.
– И что ты подразумеваешь под этим?
– Твои бывшие подчинённые и коллеги из МВД действительно исполнят любую твою просьбу?
– Смотря о чём попросить, но думаю, из уважения ко мне и к опыту совместной службы, они во многом готовы поддержать меня. Скажи уже прямо, что задумала!
– Я долго размышляла над тем, как заманить дочку морского офицера в ловушку, и вот к чему пришла: необходимо попросить твоих бывших коллег сделать у нас фиктивный заказ на специально подготовленных собак для секретного проекта. Требования разглашаться не будут, а контракт должен выглядеть законно. Когда придёт время проверки ищеек, комиссия из МВД аннулирует сделку, ссылаясь на несоответствие питомцев условиям контракта. И тут я подключу знакомого репортёра, который, якобы, будет готов написать разгромную статью о том, как дочь контр–адмирала подвела МВД. Но этого можно будет избежать, если она согласится вернуть нам свои акции. Скорее всего, твоя бывшая побежит к отцу, но он, опасаясь за репутацию, не встанет за неё горой. Таким образом, мы избавимся от дочки контр–адмирала и получим обратно 25% активов, которые смогут быть раскуплены другими акционерами.