Он понимающе поддакнул и согласился на предложенный договор, попросив у меня день на исполнение просьбы.
Теперь предстояло заняться дочерью адмирала и напомнить о себе ребятам из МВД. Я набрала номер начальника опергруппы и спросила, когда его люди смогут приступить к заданию.
– Послушайте, мы бесконечно уважаем подполковника и искренне хотели бы поддержать его. Однако есть множество «но», – сухим и глубоким голосом начал капитан. По его тону я решила, что они передумали.
Я не винила опергруппу – они не обязаны были рисковать работой ради меня и мужа. Сглотнув горечь разочарования, я попыталась подготовить осмысленный ответ и скрыть подступившие к глазам слёзы.
– Ваш план крайне рискован, не продуман и несколько неуклюж, – продолжил начальник.
– Я всё понимаю, – перебила я его, не желая выслушивать сотню причин для отказа, кроме единственной честной – боязни за собственную шкуру. – Я не в обиде. И муж тоже поймёт. Спасибо, что выслушали и попытались помочь!
– Не кладите трубку! – отозвался мужчина серьёзным тоном, наверняка уловив дрожь в моём голосе.
– Я Вас слушаю, – сглотнула я ещё раз, делая больно напрягшимся от сдерживаемой истерики, мышцам горла.
– Я уже говорил, что некогда служил под руководством подполковника, и по сей день благодарен ему за всё, чему научился. Бросить его жену на произвол судьбы, я права не имею, но и ребят подставлять под удар я тоже не готов. Долгое время обдумывая ваш замысел, я вычислил его слабые места и укрепил своими мысленными доработками. Прошу о свидании на нейтральной территории, где мы смогли бы обсудить всё очно. Разговор не телефонный, сами понимаете.
– Конечно, – ответила я, чувствуя, как от сердца отступает печаль, и предложила встретиться в своём автомобиле у главной библиотеки столицы.
Подъехав на место, я стала ждать капитана, нервно постукивая пальцами по оплётке руля. Щелчок дверцы – и он сел рядом, держа в руках несколько книг по кинологии.
– Это так, для прикрытия. Вдруг за нами следят. Пусть думают, что советов по собакам спрашивал, – пояснил он, заметив мой удивлённый взгляд.
Оправдания начальника опергруппы показались мне слегка наивными, и я решила, что он всё–таки решил обновить свои познания в собаках, но мы встречались по другой причине, и не хотелось терять драгоценного времени.
– Что Вы хотели обсудить со мной? – спросила я его.
– Вы предложили следующий план: мы оформляем фиктивный контракт и за крупную сумму арендуем собак у вашего центра. Затем, когда они поступят к нам, мы бракуем их и выставляем претензию дочери контр–адмирала, поскольку это именно она подписала с нами соглашение. Далее подключается журналист, который угрожает репутации адмирала, ведь его дочь подвела МВД. Так как имидж папаше будет важнее, он забирает дочь из вашего центра навсегда. Так?
– Совершенно верно!
– План детский, – пристыдил меня начальник. Меня это задело, но вида я постаралась не подать.
– Уважаемый, капитан, от Вас мне надо либо содействие, либо полный отказ. Ваша критика моей стратегии, к сожалению, не поможет мне одолеть врагов.
– Именно поэтому я здесь. Ваш супруг немного рассказывал о том, что Вы – особа амбициозная, умная, но чересчур эмоциональная, а от того – неосторожная. Думаю, что в данный момент, подполковник попросил бы меня не об уничтожении врагов, а о защите Вас от собственных ошибок.
«Ещё один отец нашёлся на временную замену подполковнику!», – скривилась я про себя, хотя подсознательно осознавала, что мужчина был прав: я была способна на необдуманные действия, и план был слегка слабоват.
– Во–первых, у адмиральской дочери есть юрист. Он тут же разнесёт липовый контракт в пух и прах. Во–вторых, если она действительно в сговоре с министром, то тот сразу проверит подлинность секретного задания, для которого нам понадобились ищейки, и, естественно, поймёт, что его не существует. В–третьих, контр–адмирал не тот, кого можно взять на шантаж без улик. Он потребует объяснений возврата собак, а мы, как структура МВД, будем обязаны их предоставить. Как видите, итог во всех случаях один: опергруппа под следствием, вы обвинены в организации махинации, а адмиральская дочь выставлена жертвой этой аферы.