– Прошу прощения, – вернулась я в кабинет и, взглянув на побелевшее лицо собаковода, обратилась к начальнику: – Это наш лучший кинолог. Мы не можем уволить его просто так!
– Министр МВД с Генпрокурором не вынесут ещё одного скандала, связанного с этим учреждением. Так хотя бы видимость правосудия создадим. Кроме того, это он ищеек посоветовал!
– Да я нажалуюсь куда положено! Я вам не мальчик для битья! – испуганно и возмущенно сказал собаковод.
Я взяла его за предплечье и продолжила:
– Не волнуйтесь, замначальника! Со старшим кинологом мы вот как поступим: отправьте его на месячный курс по повышению квалификации до инструктора. За это время выйдет статья, смягчающая ситуацию: да, центр впервые ошибся из–за отсутствия опыта на воде, но мы послали лучшего кинолога на расширенное обучение и грамотно выбрали собак из бренда для второй попытки выполнить заказ. Нам только плюс и никакого скандала. Если Вы уволите собаковода, это будет означать, что мы просто вырвали корень зуба, не попытавшись вылечить и укрепить его. Мы проявим слабость, а не силу.
– Заказчики могут не захотеть обращаться к нам за услугами, после этого провала!
– Но никому не известно, по какой причине он произошёл, и имя старшего кинолога нигде не будет фигурировать… Если заметим утечку клиентуры, я заберу кинолога в свой бренд, тем самым избавив Вас от неприятностей с Генпрокуратурой. Прошу Вас дать мне и ему один шанс!
– Так и быть, – поразмыслив, ответил он. – А пока исполняйте приказ: подберите самую лучшую пару из бренда, которая будет сопровождать боеприпасы по морю.
– Будет сделано! – отдала я честь замначальнику, и вывела собаковода из кабинета.
Глава 35. Честность
Когда мы вышли в приёмную, я направилась в свой кабинет бойким шагом победительницы, перенервничавшей, но довольной результатом. Внезапно старший кинолог перехватил меня за запястье.
– Спасибо, что защитили перед замначальником!
– Ему наплевать на наш центр и на сотрудников. Главное – отчитаться перед министерством и Генпрокуратурой о том, что в учреждении сложностей нет, а если они и были, то он успешно с ними разобрался: полюбовно, без малейшего скандала. А мне на Вас не плевать, старший кинолог. Вы нужны мне для аджилити и для прикрытия тылов. Не стоит благодарности! Вас спасла моя нужда и собственная выгода, – сказала я и поняла сама про себя, что последнее время хотела честности и прямоты, безо всяких уловок, лести и любезностей. Наверное, я устала прикрываться вежливостью там, где скрывалось лицемерие. А может, наконец, осознала, как больно бывает, когда фальш рассеивается, обнажая корысть.
– И всё же, я благодарен за то, что обучусь на инструктора и останусь при центре, – радостно молвил собаковод.
– Да, и зарплату Вам повысят в связи с новой квалификацией!
– Я буду предан Вам всегда!
Я улыбнулась его искренности, но ничего не ответила, давно уже зная, что обещания имеют свойство забываться со временем, и только действия в настоящем имеют вес.
«И всё же как удачно прошла поддельная сделка! – довольно думала я про себя. – Мой муж, как и всегда, был прав: успех – это взаимопомощь, работающая по закону зубчатых колёс, поднимающих подъёмник вверх! Без поддержки других шестерёнок, в одиночестве, я бы не добралась до нужной цели!».
Приехав в свой район, я обнаружила, что лифт не работал, и, тяжело вздохнув, начала подниматься по лестнице. На моей площадке меня ожидал неприятный сюрприз: надменно опёршись плечом о дверь нашей квартиры, мне улыбался министр. В его руках была тонкая папка, которой он обмахивал себя, точно стоял не в прохладном подъезде дома, а на ступеньках жаркого ада.
– Что тебе надо? – испуганно спросила я повышенным тоном.
– Разве так встречают бывшего любовника, Принцесса? А ведь мы были вместе достаточно долгое время…
– Убирайся отсюда! Сейчас же! Иначе я буду кричать!
– Я слышал, ты создала союз со старшим кинологом и итальянским акционером. Неужели ты правда решила, что ваша компания мосек сможет безнаказанно лаять на слонов? – продолжая свой монолог, он демонстрировал мне, что не боится угроз.
– Пошёл вон!