– Мне это не нужно! У меня нет причины мстить бывшей жене подполковника. Зато у неё она есть: Бугай, если Вы помните. Так вот, уважаемый, контр–адмирал, если Ваша дочь решить ворошить прошлое и гадить мне исподтишка, Ваша фамилия действительно всплывёт в бизнес–прессе. Поэтому прошу следить за её языком! Особенно, что касается Отвёртки.
– Отвёртки?
– Именно её, и её прошлого, в котором также замешан Бугай. Уверена, что распространение этой грустной истории с упоминанием его имени не нужно ни Вам, ни мне. Если не знаете, о чём идёт речь, спросите дочь.
Адмирал недовольно прищурил глаза и обратился к нотариусу:
– Вытащи документы с подписью моей дочери и переоформи на имя итальянского акционера. Заключим сделку по переводу акций. А по её окончанию, я и моя дочь сможем забыть о существовании этого центра и всех этих людей!
– С уважением исполню Ваш приказ! – достал бумаги нотариус и через полчаса, сделка была объявлена начатой.
Глава 37. За штурвалом
Дни шли своей чередой. Мы выделили лучших собак из частного бренда для сопровождения груза от МВД к Минобороне морским путём. Операция завершилась успешно, и благодаря этому мы прославились новой услугой – транспортировками по воде, и к нам потянулись клиенты из военно–морского флота. О центре кинологии и бренде вышли репортаж и большая статья в независимом бизнес–журнале, а также о нас написали в официальных государственных изданиях. Таким образом, я не только избавилась от адмиральской дочери, но и вывела центр на новый уровень.
Моя благодарность опергруппе МВД была безмерна, хотя выразилась всего лишь в яблочном пироге и придуманных словах признательности от подполковника.
Старший кинолог уехал на месячные курсы повышения квалификации в соседний город, и вся ответственность за тренировки ищеек легла на плечи подчинённых ему собаководов. Тем временем блокирующий пакет акций, ранее принадлежавший дочери контр–адмирала, был успешно переведён на итальянского акционера, который теперь владел 38% долей. В совокупности с моими 53% наш тандем контролировал 91% акций в государственном секторе центра, что обеспечивало нам полный контроль над управлением учреждением, ведь оставшиеся 9%, раздробленные между мелкими акционерами не представляли значительной силы. В бренде дела обстояли иначе: я руководила им, не имея активов, зато доли были равномерно распределены между акционерами.
Однако в самом центре и вокруг него нарастали волнения. Отсутствие подполковника становилось слишком затяжным, и всё чаще звучали тревожные слухи о том, что он не вернётся, и мы останемся, словно судно без капитана. Инвесторы, клиенты, акционеры, сотрудники – все выражали недовольство пассивностью замначальника и всё громче требовали появления надёжной фигуры у штурвала. Ведь на тот момент курс центра был неясен, а для бизнеса такая неопределённость могла обернуться катастрофой, и это понимали все. Да, я руководила брендом, но всем хотелось присутствия главного капитана, ведь последнее слово всегда было за ним.
– Паника растёт и в бренде, и в госсекторе! Акционеры, инвесторы и клиенты угрожают покинуть частный сектор, а я не хочу удерживать их угрозами или поощрениями в виде премий и повышенных дивидендов, как посоветовал муж. Действуя по его совету, я только раздор в массы внесу и истрачу ресурсы учреждения, – жаловалась я итальянцу, ибо он был единственным готовым выслушать меня и способным дать разумный совет.
– Вы правы, так не пойдёт! Поднимать прибыль одним, обделяя других и угрожать третьим – это уже превышение полномочий, диктаторство и дискриминация. Ваш супруг, обладая определённой харизмой и силой характера, умел использовать такие инструменты власти, не будучи обвинённым в несправедливости. Однако Вы – совсем другое дело! Ваша стратегия должна быть где–то между великодушием и вседозволенностью. А у центра должен быть руководитель, в котором все будут уверены безо всяких подкупов и шантажа.
– Но я не знаю, сможет ли супруг вернуться, а если да, то когда. Нетерпение людей всё больше закипает и вот–вот польётся пеной через край!
– Предложите себя в качестве временного руководства!
– А как быть с замначальника? Не могу же сбросить его с должности путём тайного голосования, как это пыталась сделать дочь морского офицера.
– Он безразличен к тому, что мы делаем, и просто занимает пост. Нет движения вперёд, а лишь топтание на месте. Это и раздражает людей, вносящих деньги в наше учреждение. Последнее новшество – морские пути, было введено Вами, а не замначальником. Вы делаете работу за оба сектора, так почему бы не возглавить центр, тем более что Вы избавились от конкурентки.