– Держите лицо, капитан, – невпопад шепнул мне бывший ФСБшник, но я не наделила смыслом эти слова, ведь то, что я ощущала внутри, было важнее внешнего вида.
Встав точно передо мной, начальница прикрепила значок к плотной ткани моего парадного кителя.
– Я бесконечно горжусь тобой, девочка! – шепнули её усталые губы.
– Господи, это Вы... Я снова вижу Вас...
Похлопав меня по плечу, инструктор–кинолог взяла микрофон.
– Много лет назад эта хрупкая, добрая девушка, тогда ещё без званий и без дипломов, пришла ко мне ассистенткой, – начала она охрипшим голосом, но, прокашлявшись, выровняла тон. – В то время мне было поручено вести дело о контрабанде, и именно она первой заподозрила повара с круизных лайнеров. Ей не поверил никто. Даже я... к собственному стыду. Не поверили, потому что офицер таможни намеренно уводил расследование в ложное русло. Девочку сняли с дела. Но годы спустя я получила доказательства того, что кулинар был не чист на руку. Я начала собственное, несанкционированное расследование, о котором узнал кинолог, поставленный следить за мной. Он оказался предателем – донёс обо мне тому самому таможенному офицеру, а тот передал информацию предыдущему министру МВД – организатору преступной группировки. За считанные дни меня разжаловали, осудили по сфабрикованным статьям и сослали: сперва на север, а потом на химзавод, где я, бывший офицер, присматривала за служебными псами. Бесправная, униженная, оскорблённая – я годами терпела издевательства начальства. Под предводительством министра они забрали у меня здоровье, достоинство и годы жизни. Но, до того как попасть в этот ад, я успела оставить часть улик надёжному человеку. Он хранил их до нужного момента. И однажды этот момент настал. Молодая лейтенант не оставляла попыток докопаться до правды и вызволить меня из заточения. Рискуя свободой и жизнью, она вышла на связь с моим другом, не зная – враг он или союзник, и забрала доказательства, а после дала делу ход. И вот я стою здесь, живая и свободная. Доблесть не измеряется званиями, не зависит от возраста и биологического пола. Доблесть – это то, что живёт в сердце человека. Повернись к залу, девочка! Пусть все запомнят эту минуту. Минуту твоей заслуженной славы, – обратилась ко мне приёмная мама.
Я развернулась к гостям. Подбородок предательски дрожал, а по щекам уже вовсю катились слёзы.
– Простите, – шепнула я залу, прикрыв лицо руками, – простите...
В этот момент один ряд за другим стал подниматься, точно волны на море, у которого я сидела тем днём. Люди вставали со стульев и отдавали честь в признание меня не как офицера, а как человека, который добился того, к чему шёл всю сознательную жизнь – к справедливости.
Последним поднялся мой муж. Неспешно, с натянутой сдержанностью. Он словно винил меня в том, что я обрела, а он потерял – кульминацию собственной карьеры.
– Что ж... – голос бывшего ФСБшника дрогнул, но он быстро взял себя в руки. – На этом церемония окончена. Прошу всех пройти в банкетный зал. Если, конечно… капитан не хочет сказать свою заключительную речь.
Гости всё ещё стояли, ожидая последнего слова. Я выпрямилась и, стараясь говорить ровно, взяла микрофон:
– Благодарю всех и каждого за то, что пришли и разделили со мной радость этого дня! Я обещаю и впредь стремиться к справедливости, оправдывая новые погоны. В деле по контрабанде картин были наказаны те, кто шёл против закона и совести, а на свободу вышли невиновные. Тем не менее, есть группа людей, которая случайно пострадала.
Я на секунду замолчала, набрав воздуха, прежде чем продолжить:
– Пациенты онкологической клиники, которая получала помощь через благотворительный фонд, использованный недобросовестными людьми в корыстных целях. Суд принял решение о его аннуляции, и средства перестали поступать. Эти люди не должны страдать. Воспользовавшись полномочиями новой начальницы кинологического центра, я прошу разрешения на открытие благотворительного фонда помощи онкобольным от имени нашего учреждения. Также прошу официально закрепить за нами право проводить «Парады героев» в честь военных праздников – с участием служебных собак. В рамках мероприятия мы можем проводить аукцион, где можно будет пройти рядом с собакой или отдать ей команду. Все собранные средства будут направлены на поддержку тяжело больных людей.